Что-то ударило его по руке, сильнее, чем ему того хотелось бы, и бывший повелитель северных племен непроизвольно вздрогнул, вернув свои мысли в настоящее. Телохранитель короля остановил свою лошадь рядом с кобылой, которую дал Кальгу, и молча указал на короля, который, глядя на него глазами, которые, казалось, горели гневом, глядя на человека, стоящего возле его лошади, того самого. сурового разведчика, посланного накануне вечером устроить засаду на тунгрийских всадников.
- Время созерцать горящий римский форт и мечтать о славе прошло, советник, и пришло время сразиться! Мой сын мертв! Мои разведчики нашли Шрама и его Лисиц к северу отсюда, и они тоже все были мертвы, кроме моего предводителя охотниц, который беспомощно лежал со сломанным позвоночником. Прежде чем они даровали ему чистую и милосердную смерть, он рассказал им, что римляне совершили набег на Клык, и украли Орла, а мой сын найден мертвым у подножия холма! Ты, меня слышишь.. мой сын найден мертвым..!
Кальг почувствовал, как его настроение упало, закрыл глаза и рухнул обратно в седло кобылы.
- Они забрали Орла?
Брем яростно фыркнул.
- Ненадолго! Я догоню этих ублюдков и проткну их копьями! Все, кто выживет, будут брошены волкам со вспоротыми животами! Мои воины кипят от гнева, обезумевшие от желания отомстить людям, которые сожгли их братьев в лесу, и я отправлю их на север, как свору собак, почуявших запах крови!
Кальг с трудом сдерживал себя при упоминании о засаде, которую он предложил устроить вдоль дороги, проходящей через западный конец чаши холмов. Люди все еще выходили оттуда на опушки леса, но их было крайне мало, и на каждого воина, более-менее готового к бою, появлявшегося из-за деревьев, шатаясь, выбирались еще двое с такими серьезными ожогами, что многие из них, казалось, вряд ли смогут выжить, а тем более принять участие в каких-либо боевых действиях. Немногим мужчинам удалось избежать пекла, не потеряв волосы и бороды, и те воины, которые казались готовыми принять участие в схватке, стояли вместе, где по двое, а где по трое, и их пустые глаза молчаливо свидетельствовали о потрясении, которое они пережили, когда, как стало ясно из их рассказов, окруженные римляне подожгли лес и выкарабкались из ловушки, устроенной для них, перебив при этом несколько кланов племени. Он заставил себя сосредоточиться на том, что говорил король, хотя крошечная часть его разума все еще размышляла о возможности осуществления его мечты возглавить коалицию племен для освобождения провинции, с самим собой во главе и с ролью Брема не более чем как со строкой в великих песнях, которые будут петь в честь Кальга Рыжего, освободителя бриттов, будущие поколения.
Король сжал кулак, бросая вызов собравшимся вокруг него людям.
- Мы должны найти этих людей и уничтожить их, прежде чем они смогут сбежать в лес, и мы потеряем шанс им отомстить!
Сельгов нахмурился.
- Мой король, неужели мы не сможем заставить их вариться в их же котле? У них, должно быть, к настоящему времени исчерпаны все запасы продуктов, которые они взяли с собой, и им пришлось пережить то же самое испытание огнем, который так ужасно обошелся с нашими людьми . Почему бы просто не запереть их и не дождаться, пока они сдадутся? В конце концов, все шансы на то, что их спасут люди, стоявшие лагерем вдоль стены, и которые только что ушли на юг…