Он вгляделся в туман, наклонив голову к темному пятну, которое медленно приобретало очертания другого транспортного судна, вползающего в порт, чтобы занять место, освобожденное теперь уже скрывшимся из вида военным кораблем.
- А вот и еще один из ваших кораблей. Я лучше пойду и перевезу это золото, пока Фульвий Сорекс не начал нервничать при мысли о том, что ваши солдаты могут растащить его драгоценный груз. Он и так выглядит примерно таким же нервным, как офицер запаса, которому предстоит экипировать сотню новобранцев.
Тунгры Пятой центурии высадились со своего транспорта с видом людей, испытавших глубокое облегчение от того, что их сапоги теперь уже навсегда ступили на твердую почву после недели, проведенной вблизи побережий Германии, Галлии и Британии. Несколько мужчин устало склонились, чтобы поцеловать деревянные доски причала, в то время как другие прикасались к амулетам или просто бормотали благодарственные молитвы за их благополучное возвращение на сушу. Оптион Квинт, ответственный за центурию, во время отсутствия Марка, заставил своих солдат пройти в обычном походном строю рядом с другими центуриями когорты, проверяя снаряжение каждого человека, чтобы убедиться, что никто из них не умудрился оставить что-нибудь на борту транспорта, когда они выбрались на сушу. Обнаружив, что один из молодых тунгров умудрился потерять и свой кинжал, и наконечник от одного из своих пилумов, он снова разразился тирадой оскорблений, когда униженный солдат вскарабкался обратно по трапу на корабль в безнадежной попытке найти свое имущество. Сигнифер центурии, коренастый здоровяк, чье морщинистое и обветренное лицо придавало ему вид человека, благополучно вышедшего на пенсию с имперской службы, счастливо усмехнулся и что-то пробормотал одному из солдат, стоявших позади него.
- Вон еще один, итого сорок четыре. Еще один, и я выиграю пари.
Ветеран, с которым он разговаривал, с усмешкой покачал головой, глядя вдоль набережной на фигуру, идущую к ним навстречу.
- Сомневаюсь в этом, Морбан, дружище. Я бы сказал, что у тебя не осталось на это времени...
Сигнифер с отвращением покачал головой, устало отдавая честь, когда его центурион остановился в нескольких шагах от него и ответил на приветствие Квинта, формально снова принимая командование Пятой центурией.
- А вот и он, выглядит таким же свежим, как человек, который хорошо выспался ночью. Как это типично, что нам пришлось плестись по морю в этом дырявом ведре для блевотины, в то время как некоторые развлекаясь плыли сюда на быстроходном боевом корабле. Они, вероятно, прибыли сюда несколько часов назад, и у них было достаточно времени выпить несколько чашек вина, пока они ждали, когда мы войдем в гавань...
Марк проигнорировал как обычно недовольный монолог своего знаменосца, и, оглядев ряды своей центурии сверху донизу, чтобы оценить физическое состояние своих людей после столько времени, проведенного на плаву и нашел их лица в целом значительно более жизнерадостными, чем мог ожидать. Повернувшись обратно к ворчащему ветерану, он протянул руку за штандартом центурии, мрачно улыбнувшись тому, с какой неохотой Морбан его ему передал.
- Похоже, морской воздух вредит не только твоему характеру, а, сигнифер?
Нахмурившись в явном непонимании, дородный солдат вопросительно взглянул на своего офицера.
- Центурион?
Марк опустил штандарт так, что его металлическая, обвитая лавровым венком рукоятка оказалась в нескольких дюймах от носа Морбана.
- Если мои глаза меня не обманывают, сигнифер, этот некогда безупречный символ гордости нашей центурии проявляет признаки ржавчины. Я предлагаю тебе значительно улучшить его внешний вид, прежде чем мы снова выйдем на парад, иначе мое разочарование будет громким и продолжительным.
Он повернулся обратно к рядам солдат, повышая голос, чтобы его услышали:
- Интересно, сколько из вас чувствовали недомогание во время плавания? Поднимите одну руку вверх, если вам удалось избежать рвоты на протяжении всего пути из Германии.