- Понимаешь? - Приблизив рот к голове Дреста, он пробормотал на ухо фракийцу. - Мы не знаем этих троп так хорошо, как они, поэтому оказались не на их тропе, а глубоко в болоте. А они ведь знают, где находится твердая почва, и следуют по тропам вокруг нас. И похоже, что их собаки тоже нас не чуют…
Он не мог понять, были ли чувства их охотничьих собак притуплены парами в воздухе или просто зловонной вонью грязи, размазанной по телам его солдат, но по сварливому рычанию собак было ясно, что их запах словно растворился в воздухе. Один голос прогремел над возмущенными жалобами ищущих их женщин, сильным мужским тоном, который произнес что-то вроде цепочки распоряжений. Громкость команд невидимого мужчины, казалось, с каждым мгновением усиливалась и ослабевала, иногда звучала близко, а затем внезапно удалялась, как догадался Марк, из за сочетания тумана и порывистого ветра, дующего над болотом.
Медленно и осторожно подняв голову, чтобы посмотреть сквозь разросшийся куст, римлянин сумел заметить неясную фигуру, медленно продвигавшуюся по поверхности мха с поднятым копьем, занесенным для удара. Охотница был достаточно близко, и если бы она увидела его сквозь туман, ее брошенное копье легко пронзило бы железом его грудь. Она шла по мшистому болоту медленными, осторожными шагами, ее левая рука была выставлена вперед для равновесия и готова резко отдернуться назад для дополнительной силы в случае, если она найдет цель, в которую можно было бы бросить копье, и Марк облизал губы в в знак признания ее очевидного мастерства. Женщина выглядела молодо, не старше пятнадцати, но римлянин знал, что опасность, которую она представляла для беглецов, заключалась не просто в ее боевых способностях, а, скорее, в риске, что, если она заметит их и поднимет тревогу, налетчиков быстро окружит толпа преследователей с большим количеством копий, которые они вряд ли смогут отбить. Пока он смотрел, она остановилась и подняла голову, чтобы оглядеть болото, ее девичьи глаза выглядели острыми жалами под толстым слоем грязи, которым, как и их добыча, охотничий отряд обмазывал себя, чтобы скрыть свои очертания.
Опасаясь шевельнуться под ее пристальным взглядом, хотя он решил, что за камуфляжем куста находится достаточной безопасности, если не будет шевелиться, Марк поднял глаза в поисках варварской крепости, находившейся высоко над ними. Он с облегчением обнаружил, что Клык все еще невидим в колеблющемся тумане раннего утра, хотя, как он заметил, что холм можно было обнаружить по более темной полосе внизу в тумане к северу. После долгого и медленного осмотра грязной болотной пустоши женщина повернулась спиной и, как привидение, исчезла во мраке. Гадая, сколько времени пройдет, прежде чем солнце поднимется достаточно высоко, чтобы испарить и развеять слой пара, который помогал им скрываться, римлянин медленно опустил голову обратно на землю, а затем медленно прополз вдоль линии распростертых мужчин, пока не нашел Арабуса.
- Мы не можем оставаться здесь дольше. Как только туман рассеется, мы окажемся в ловушке и не сможем двигаться, а как только они нас увидят, против каждого из нас будет по два или три копья.
Следопыт мрачно кивнул.
— Грязная река примерно в полумиле отсюда… Он слегка наклонил голову на юг. - По мере того, как мы приближаемся к воде, растительности становится больше, в которой можно спрятаться, но большую часть пути нас будут скрывать только мох и трава, и, насколько я знаю, между нами и водой находится еще больше гниющих ям с водой.
Марк кивнул, положив руку ему на плечо.
- Нам нужно выходить отсюда, и как можно скорее. Иди вперед к реке и поищи что-нибудь, все, что может помочь нам сбежать, а я пока успокою наших людей.
Далеко в тумане звук настойчивых взмахов крыльев нарушил тишину рассвета, когда что-то заставило стаю водоплавающих птиц заплескаться и хором загоготать во влажный воздух. хором Под эти звуки Лисицы побежали к этому месту, где вода плескалась под их ногами, а их босые ноги, глубоко увязли во мху. Марк слегка наклонил голову, прислушиваясь к взволнованному лаю собак, когда охотницы сомкнулась вокруг того, что сняло птиц с их гнездовий. Раздалось рычание и дикий вопль триумфа, когда одна из них метнула копье, и которые быстро сменились стоном разочарования, когда над болотом раздался пронзительный визг агонии какого-то животного. После минутной паузы подали свои голоса и собаки, визжа и рыча, сражаясь за мясо несчастного существа, которое пересекло путь охотников. И, наконец, раздался последний жалобный крик животного, которое было разорвано на куски. Арминий хмыкнул рядом с Марком, глядя в непроницаемый туман.