– О, да ты все же имеешь язык и ворочаешь им! – засмеялся мясник. – Отлично! Выпей со мной вина, и я тебе расскажу о ночном кошмаре каждого макелария. О человеке с кнутом, что вселил в нас страх.
– Хорошо, – после долгого раздумья согласился человек под кожаной личиной.
Приподняв ее на необходимую малость, Гудо выпил половину вина из той чаши, что протянул ему мясник.
– Вот и ладно. Уважил.
– Говори! – сурово велел Гудо.
– А что говорить?.. Ах, да!
И мясник поведал все, что знал, все что слышал, и все на что был способен в своих ограниченных фантазиях о человеке, вернее демоне в человеческом обличии, с огненным кнутом в руках.
– И что? Действительно его кнут был объят пламенем?
– Сам видел, – чуть обиделся рассказчик. – Пять дней тому. Сначала просто размахивал над головой кнутовищем. Но мы уже не так страшились этого гибкого оружия. Многие из нас были со щитами. Ведь знали, этот проклятый кнутобоец так бьет кнутом, что может сломать и ребра, и руки, и ноги. За последние три стычки он у троих выбил глаз, сломал двоим руку, а пятерым перебил ребра. А шрамов на лице оставил огромное количество! Присмотрись, многие с повязками на лицах. И шрамы те не заживают. Посмотри хотя бы на того же Тавлесия. Смотри, как треснул его кнутом по лицу. Уже больше недели прошло, а шрам и не думает затягиваться. А как вспыхнул его кнут, да как стал он хлестать им, так и щиты мы бросили…
– Щит против кнута не поможет, если кнут в очень умелых руках. Поэтому и надели кожаные доспехи древние конные воины, чтобы уберечься от гибкого оружия, что с легкостью огибает щит. В конном бою кнут и плеть с железным наконечником страшное оружие. Мечом так не достанешь, как умелый кнутобоец своим кожаным змеем. Но этому учиться нужно. Слишком долгом и очень настойчиво. А у этого кнутобойца обычное тело?
– Тело? Обычное. Человеческое. Если ты об этом.
– Я не думаю, что он исчадие ада. Просто тот, кто давно и очень старательно упражняется с кнутом, имеет правую сторону тела, если он правша, более внушительную. Соответственно левую, если он левша. Выглядит такой человек необычно. Кособоко.
– Да ничего в нем необычного нет. Разве что сильное и большое тела. Но у наших макелариев такие тела и рост не редкость. Только, как взмахнет тот кнутом, да как свистнет его кнут, да как щелкнет, так и душа в пятки уходит. А как угодит в кого… – кусок мяса с кровью и вырывает…
– Прости, мой друг, – мягким голосом сказал Гудо. – Оставлю тебя. Мне нужно поговорить с Андроником.
– Это уважительная причина. Андронику уступаю своего друга в кожаной личине. Только как тебя зовут, мой друг?
– Дигенис, – улыбнулся Гудо и порадовался тому, что его ужасная улыбка под стражей кожаной маски.
– Кнутобоец? Не сказал я? – притворно удивился Андроник. Но быстро исправился, зная с кем ведет беседу: – Что там какой-то кнут против «топора русича»!
– Кнут в умелых руках может противостоять не только топору, – едва сдерживаясь, произнес Гудо. – Кроме того, ты не сказал, что многие из твоих людей пострадали от кнута и боятся его. Дух их сломлен. А это значит, что они могли побежать в любое мгновение и оставить мою спину неприкрытой. Это меняет условия нашей договоренности.
– Ты не покинешь меня? – то ли с просьбой, то ли с предупреждением сказал глава корпорации макелариев. – Не можешь покинуть дело. Куда ты пойдешь? Как выполнишь то, что тебе необходимо? Уже утром весь город будет знать, что «синий дьявол» возродился из огня и бродит по его улицам.
– Ты не выдашь меня! – с явной угрозой ответил на это «синий дьявол».
– Я? Я нет. Но… Будут поговаривать о человеке под кожаной личиной, что размахивал «топором русича», как некогда сам «синий дьявол», отсекающий головы быкам. И только я… Я смогу заткнуть рты. Мне нужно захватить портовые кварталы. И ты поможешь мне в этом. А я помогу тебе. Я выполню любую твою просьбу. Даже ту, что выполнить невозможно.
– Любую? – задумался Гудо.
– Любую, – едва не перекрестился глава корпорации макелариев.
– Я хочу встретиться с этим… Главным в городе. С Никифором…
– С кем? – не поверил своим ушам Андроник и припал устами к чаше с вином. Пока он пил тягучее сладкое вино тысячи мыслей хаотически сменились в его голове. Последняя вышла с широчайшей улыбкой. – Это очень забавно. Если бы ты только знал, как это забавно.
– Наедине. Наша встреча должна состояться так, чтобы никто нам не мог помешать побеседовать…
Новое условие «синего дьявола» опять ввергло главу корпорации макелариев в игру мыслей. Но так как он не был мастером этой игры, Андроник только головой потряс.