- Это снова я, - обворожительно улыбнулась она. – Вы говорили, что можете принять у меня заявление.
- Да, конечно, - страж порядка достал желтый лист бумаги и чернильницу. – Пишите, что у вас случилось.
- Благодарю, - Фальгелла села на стоящий рядом стул и принялась строчить слезливое обвинение.
- Только…
- Да? – подняла она голову на попытавшегося что-то сказать мужчину.
- Вы знаете об ответственности за клевету и ложное заявление?
- Конечно, - кивнула Фальгелла. – Я знаю это и вполне осознаю возможные последствия.
Дежурный удовлетворенно кивнул, а магистр Браэр самозабвенно продолжила писать обвинение.
- Вот, - протянула она исписанный листок спустя десять минут.
- Длинное, - оценил полицейский, беря в руки бумагу.
- Постаралась все расписать подробно, - мило улыбнулась Фальгелла.
- Хорошо. Ваше заявление будет передано одному из следователей. Если у вас все…
- Да, теперь все, - радостно просияла Фальгелла. – Большое вам спасибо.
- Не за что, это моя работа, - вежливо ответил дежурный.
Фальгелла еще раз счастливо улыбнулась на прощание и легкой походкой направилась к дверям на выход. Покинув здание Отдела по незаконным обращениям людей в вампиров, она быстро забралась в карету и радостно приказала извозчику:
- Трогай! Едем домой! – Тот послушно кивнул и дернул поводья. Лошади тронулись, и уже через несколько минут черная карета летела по дорогам дневного Приара.
Фальгелла сидела и с упоением представляла то, как приедут стражи порядка в Кровавую Общину, как поймают Дальвена и еще нескольких кровососов в придачу, как станет их потом допрашивать следователь, взявший это дело, и какой состоится суд над ними.
«Замечательно будет, если их признают виновными в той аварии, - счастливо улыбаясь, подумала Фальгелла. - Я отомщу за себя и своих погибших подруг! Заставлю гадких кровососов выплатить самую большую денежную компенсацию за моральный ущерб мне, а родителям подруг - и моральный, и физический. Пусть потратятся! Я сделаю дорогой ремонт в нашем с мужем замке, а может, даже куплю еще дом. Потом мы облагородим наш сад, украсив его дивными цветами и деревьями, поставим в нем пруд и заведем самых красивых рыбок, чтобы гости приходили и любовались нашим творением. Оставшиеся деньги я потрачу на свой внешний вид и получение новых знаний из книг, в том числе самых древних, к которым никого не подпускают, если только не попросить хорошо… А жалких кровососов будут ждать световые камеры с серебряными решетками! Пусть навечно запомнят тот вечер и то, что сделали! А потом я как-нибудь приду посмотреть, как они живут в тюрьме, и посмеюсь в их бледные лица! – Фальгелла весело и зло рассмеялась. – Конечно, это не сократит их численность, но изрядно подкосит авторитет и положение в обществе, которого вампиры так настойчиво и долго добивались…»
9. Месть подается холодной
Прошло пять дней.
- Откройте! – в высокие, кованые ворота Кровавой Общины раздался тяжелый и громкий стук. – Полиция, Отдел по незаконным обращениям людей в вампиров! Откройте, именем закона! Иначе мы будем вынуждены вызвать…
Раздался скрежет каких-то механизмов. Стражи порядка сделали шаг назад на всякий случай, но в этом не было необходимости: откуда-то вылезла иголка со стоящей под ней маленькой чашей, что являлось своеобразным допуском на территорию Кровавой Общины. Полицейские хмыкнули и только хотели по очереди подставить свои пальцы, как вдруг из-за ворот раздался безымоциональный голос:
- Войти могут только трое. Таково требование основателя Общины. Выбирайте, кто из вас пойдет.
- Вы нам еще будете условия ставить? – возмутился один из стражей закона. – Мы пришли по серьезному делу, которое грозит вам весьма неприятными последствиями.
- Требования едины для всех, - спокойно ответили из-за ворот. – Потому вам придется их соблюдать.
Полицейский раскрыл было рот для дальнейшего спора, но был остановлен жестом коллеги.
- Хорошо, - согласился тот. – Подождите минуту.
- Время пошло.
- Так, давайте пойдем я, Лейвар и Гонсли, так как мы занимаем более высокие должности, - быстро предложил второй страж порядка. - Остальные останутся здесь. В случае чего мы с вами свяжемся.
Возражений не последовало. Двое названных полицейских и тот, кто внес предложение, протянули по очереди указательные пальцы к иголке, которая быстро уколола, отправив капли алой крови в чашу, и исчезла обратно. С минуту ничего не происходило. Затем раздался скрежет тяжелых засовов, и ворота медленно приоткрылись. За ними стоял один из вампиров Кровавой Общины, вежливо сказавший незваным гостям: