Когда уж «Армагеддон», отразивший атаки прибывших для поддержки сил ван Виссена линкоров, начал обстреливать боевые укрепления, капитан Клефельд подкрался к выходу и прислушался.
— Идёт. Будьте готовы.
В эту саму минуту дверь отворилась, и только прибывший гвардеец хотел войти в камеру, дабы проведать новых заключённых, как капитан Клефельд, крикнув оглушительно: «Вперёд!» выхватил ловко из рук его саблю и, занеся её над головой, вонзил надзирателю в грудь.
— Мёртв как пустой сундук, - заключил капитан Клефельд, залившись тут же смехом, а вслед за ним и его собратья, - Найджел, оттащите его вон на то место, где я уж помирал от голода. Живей! Ну, а мы пока займёмся наведением тут небольшого порядочка. Как вам такая мысль?
И все тут же проследовали к выходу, дабы разгромить арсенал и как следует вооружиться.
Отбив в итоге сопротивление гвардии коменданта, отряд Саймона кинулся к причалу и, заняв несколько лодок, пришвартованных к пристани, тронулся прочь, к фрегату «Посейдон», дабы взять его на абордаж, покуда «Армагеддон» Фенстера расправлялся с одним вражеским линкором.
— Будем брать! – крикнул всем Клефельд и, приказав приготовить тросы, прихваченные его солдатами с арсенала, повёл свою армию прямо на фрегат, где ван Виссен уже спешил было на выручку осаждённому линкору.
Подплыв незаметно к цели и зацепившись за фальшборт, Саймон и его собратья принялись карабкаться вверх. И едва один из матросов, заметив, что их судно окружено, крикнул: «Капитан!», как Саймон выскочил на палубу и произвёл выстрел, от которого ван Виссен в ужасе обернулся и застыл в онемении.
— Ах ты, щегол! – воскликнул он в бешенстве и, вытащив из ножен свою саблю, кинулся на Клефельда врукопашную.
Вслед за ним на корабль поднялись остальные, развязав на «Посейдоне» переполох.
Теперь нам следует перенестись на другой фрегат, «Армагеддон», где капитан Беверли Фенстер, успешно уничтожив голландский линкор «Белый лев», отдал приказ наступать на ван Виссена. Старший помощник Фенстера Джонни Паркинс уже успел заметить, что «Посейдон» взяли штурмом войска Клефельда, и он отправился сообщить об этом капитану.
— В таком случае, мы принудим ван Виссена к капитуляции. Вперёд же!
Бесстрашный «Армагеддон» стремительно взял курс на «Посейдон» и, к великой радости для Беверли, когда он приблизился к фрегату, войска Клефельда были в преимуществе. Окружённые со всех сторон противниками, члены экипажа сдались без согласия на то своего капитана, поскольку, как выяснилось, он был уже мёртв.
— Хорошо поработали, - довольно произнёс Беверли, пройдя вместе со своими товарищами на палубу корабля, на котором ещё годом ранее он, капитан Фенстер, стоял, склонив смиренно голову пред ван Виссеном, вскоре погибшем.
Было и ещё одно тяжкое обстоятельство, о котором Фенстеру пришлось узнать. Капитан Клефельд был тяжело ранен в плечо саблей ван Виссена, да ещё и сброшен за борт, из-за чего ему едва удалось выплыть живым из морской пучины, ухватившись за одну из лодок.
— Есть ли среди вас врач? – обратился капитан Фенстер к товарищам Саймона. И хоть в душе Беверли по-прежнему относился к нему с презрением, но всё же благодаря ему «Посейдон» перешёл под управление его команды.
— В том то и дело, что нет, - ответил ему один из каперов, - На борту «Куин Элизабет» был один, да погиб под обстрелом.
Подойдя к Саймону, который, едва дыша и откашливаясь всё ещё от набранной воды, продолжал стонать от боли, Фенстер призадумался.
— Раз так, можете отправить его ко мне в каюту, на моё судно, - он указал на стоявший вблизи свой фрегат, - Там что-нибудь решим. Доктор, во всяком случае, у меня имеется.
Двое офицеров, подхватив тяжелобольного капитана Клефельда, принялись переправлять его на фрегат Фенстера.
— А что же, позвольте, вы прикажете делать с этим кораблём? – с недовольством воскликнул Эдмунд Хасселрит.
Пробежавшись глазами по всему судну, Беверли ответил:
— Заберём отсюда все запасы продовольствия, а затем потопим.
Хасселрит сдвинул брови.
— Потопим? Какого чёрта, капитан! Да этот фрегат – истинная драгоценность, дороже любой карты мира. Да ведь можно его продать за хорошие деньги!
Но капитан Фенстер был непреклонен.
— Нет. Этот фрегат нужно погрузить на дно навсегда. Он много бед причинил мне и моей «Куин Элизабет», да и вам тоже, потому я даже не желаю получать с него деньги, будь они прокляты, как и сам фрегат. Так что поспешите освободить все каюты и трюм от ценного, и затем – предать забвению.
Что ж, приказ – он и есть приказ, даже если он и отдан чужим капитаном, потому Хасселрит, затаив в себе обиду, отправился его исполнять вместе с другими моряками.