И выход из этой ситуации нашёлся скоро, причём такой, что не пришлось прикладывать значительных усилий.
Для начала поясним, что фрегат «Армагеддон» через три дня плавания уже, можно сказать, достиг середины пути, а это значило, что до Нового Света совсем рукой подать. Судно шло спокойно, не встречая никаких преград перед собой; одни лишь чайки кружали над фок-мачтой и словно выкрикивали военные лозунги.
Но стоило было проплыть ещё три морских мили, как за горизонтом, чуть левее по курсу, замаячила какая-то точка, постепенно уменьшавшаяся и отдалявшаяся. Вначале возникло вполне разумное предположение, что это, возможно, кит, выплывший из глубины, но, приглядевшись внимательнее в подзорной трубе к объекту и убедившись, что это корабль, старший помощник Паркинс поспешил мигом доложить об увиденном капитану, который в то время разговаривал с боцманом Стиззом.
— Господа, спешу доложить, что лево по курсу виднеется судно.
Оставив свою и так затянувшуюся беседу, Колин и Беверли поспешили проверить сие утверждение, и оказалось, что оно более чем правдиво. «Более чем правдиво» по той причине, что это было не просто обыкновенное судно, а корабль, принадлежавший Голландии; на его корме было написано: «Вильгельм Оранский».
— Во имя всего святого! – капитан Фенстер чуть не лишился дара речи.
— Вижу, мы снова наткнулись на голландский фрегат, - сказал с беспокойством Стизз, - а значит, нам снова придётся пролить много крови. Как же это печально, господа!
— Да, но если посмотреть, у них нету пушек, ни единой! – заметил Паркинс, страдавший дальнозоркостью, и оттого хорошо видящий вдалеке, но не особо – в близости.
— В любом случае, их нужно брать штурмом! – самоуверенно воскликнул «Любимчик Эд», - как и «Посейдон». Капитан, дадите же вы в конце концов приказание! Найджел, скажи.
Все обратили свои укоризненные взгляды на Эдмунда, который, походу, утратил свой титул «любимчика» уже давно.
— Разрешение на выполнение определённого приказа даю я, сэр, вам это ещё не стало ясно, - нравоучительным тоном отчитал его капитан Фенстер, затем, наблюдая за «Вильгельмом», стал раздумывать над тем, как следует поступить.
«Нападать на торговое судно – чистой воды пиратство, с одной стороны. А с другой – у нас имеются голландцы, и судно тоже голландское. Можно сделать так: задержать «Вильгельма» и заключить с их капитаном своеобразную сделку, по которой мы отдаём им своих людей, в обмен на что те обязаны предоставить нам излишние запасы провизии, которые пойдут нам для дальнейшего плавания.
Неплохо, капитан!»
И додумав полностью все ходы, капитан Фенстер крикнул штурману:
— Шон! Лево руля!
И «Армагеддон», поднажав, помчался вслед за «Вильгельмом Оранским», уже готовившимся скрыться из виду.
— Что вы предприняли, сэр? – обратился к капитану старший помощник Паркинс.
— Приготовьте пушки! Попробуем взять их устрашением. В случае, если не поможет, придётся применить крайние меры.
Стремительно летя по морской глади, «Армагеддон» скоро доплыл до того фрегата и, вооружившись, принялся следовать за «Вильгельмом Оранским».
Штурман, заметивший сзади наезжавший на них военный фрегат, подозвал капитана, который пришёл в ужас.
— Англичане!? Что они хотят от нас? Похоже, что брать на абордаж. Полундра, всем по местам!
Видя, как план Фенстера стал работать на ура, он подошёл к носовой части и крикнул:
— Капитан! Мы не желаем причинять вам и вашему линкору (который, по правде говоря, принадлежит нам) зла, потому требуем от вас не оказывать нам сопротивления, а лучше принять условия нашего соглашения.
Изумлённый его речью, капитан «Вильгельма Оранского», которого звали Виллем де Брюнел, также вступил на верхнюю палубу.
— Я вас не совсем понимаю, господин капитан. Позвольте, мы с вами остановимся, и вы с вашими товарищами подниметесь ко мне.
— Так вы соглашаетесь на мой ультиматум? – выкрикнул капитан Фенстер.
Поскольку после того капитан де Брюнел отдал приказ отставить стрельбу, то Фенстер, торжествуя, призвал двух членов экипажа, Паркинса и Найджела (Хасселрит наотрез отказывался идти мирным путём) в качестве советников для проведения переговоров.
— Так-то лучше, - сказал Виллем, встречая капитана Фенстера на борту «своего» фрегата, - Виллем де Брюнел, капитан «Вильгельма Оранского».
— Вот оно что! – ядовито прошептал Найджел, - Это кто ж так решил?!
— Беверли Фенстер, - представился также капитан, - управляю фрегатом «Армагеддон». Собственно, вы правильно сделали, что решили принять мой вызов, поскольку у меня есть к вам предложение, очень выгодное для вашей стороны.