— Я вас слушаю, - отозвался капитан де Брюнел, заложив руки за спину.
Капитан Фенстер, победоносно выпрямившись, приступил к описанию своей сделки, которую он хотел заключить на равных условиях.
— Вы нам отдаёте часть провизии, которая является излишком, зато мы передаём вам в полное распоряжение пленных матросов. Ну, что скажете? Устраивает ли вас данное условие? И предупреждаю: в случае отказа мы можем лишить вас всего запаса продовольствий, а судно – конфисковать в пользу королевского имущества. Всё зависит от вашего согласия, понимаете?
Виллем пришёл в замешательство. Конечно, выдвинутые Фенстером требования не были благоприятными для него, однако ведь и рисковать своей жизнью и жизнью своих моряков де Брюнел не желал.
— Хорошо. Раз иного выхода нет, значит я обязуюсь предоставить вам, капитан Фенстер, все излишки. Но важно, дабы вы оставили наше судно в покое и не смели его трогать. Мы же обещаем, что не станем по прибытию на Родину докладывать об этой встрече. Идёт?
— Очень даже, - пожав руки, капитаны разошлись по своим фрегатам, отдав своим подчинённым соответсвующие поручения. Когда всё было свершено, они разошлись в разные стороны, и «Армагеддон» продолжил свой путь.
Забегая немного вперёд, скажем, что ни с какими более кораблями он не столкнётся.
Заключение сделки с де Брюнелом не было идеальным, поскольку Фенстер по сути своей пожертвовал «Куин Элизабет» ради освобождения трюма от посторонних лиц и пополнения провианта, однако Беверли исходил из того, что гораздо важнее – избавиться от вражеских солдат, которых девать было просто некуда. Продать их в Африке – нужно для того преодолеть огромное расстояние и рисковать собственной жизнью, а оно не являлось необходимым, ибо основная задача «Армагеддона» была другой, и от неё капитан не желал ни в коей мере отступать или даже откладывать на определённый срок.
Больше всех проявленному остроумию его дивился и завидовал Хасселрит; в его понятии грабёж означал применение насилия во имя выгоды, а действие капитана Фенстера никак не входило в это представление. Зато Найджел, дискутируя на данную тему с Эдмундом, дал свою характеристику подобному виду пиратства - «мирный грабёж, либо же грабёж через рукопожатия».
— Возможно, - буркнул Эдмунд, - но для меня это уже означает хитрая дипломатия.
Думается, что сей спор может длиться бесконечно, и нет смысла его возобновлять сызнова, если только нечем больше заняться. А на флоте, как известно, пустые разговоры не ведут ни к чему хорошему. Да и сам капитан никогда в жизни не терпел их, пресекая всеми возможными способами.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
В которой экипаж «Армагеддона», достигнув берегов Канады, оказывается на приёме у самого губернатора, в которой капитан Фенстер вместе с командой переходят на службу адмиралу Родни, и в которой они получают от него распоряжение об удержании Нью-Йорка.
Сию главу следует начать с небольшого описания тех событий, которые происходили в период с 1777 по 1782 годы в тринадцати колониях, а также отчасти в Канаде, с охотой и большими надеждами принявшей незваных добровольцев под руководством Беверли Фенстера.
После знаменитой битвы при Саратоге, ставшей головной болью для Британии в широком смысле этого слова, сэр Джон Бергойн, талантливейший полководец и выдающийся стратег, после около месяца военных действий капитулировал вместе со своим почти шеститысячным войском в плен повстанцам, командовал которыми генерал Гейтс. Прощупав в своих руках первую победу, доставшуюся ценой немалочисленных потерь, он позволил всем воюющим воедино против Британии штатам обрести уверенность в будущем освобождении от колониального гнёта. Тем не менее, положение американцев под командованием Джорджа Вашингтона было весьма шатким, в частности, из-за ряда поражений под Брендивайном, Паоли и Джеремтауном, последствия которых были ощутимы: главный политический центр восставших колоний, место заседания Континентального Конгресса, Филадельфия, был осаждён армией генерала Хау и без боя взят под его контроль, что было критичным для американцев, которым пришлось бежать к Йорку. Конечно, трудно себе вообразить, дабы слабовооружённая и малооснащённая повстанческая армия, состоящая по большей части из крестьян и фермеров, могла дать решительный отпор английским солдатам, закалённым во многих крупных битвах на европейском континенте, а также в колониях. Именно это подтолкнуло мистера Вашингтона на претворение в жизнь реформ, позволивших бы перевооружить собственные войска с головы до ног, а также активно привлечь к инженерным работам иностранцев (как правило, французов и немцев).