Незнакомец, остановившись подле дома, поспешил внутрь, предварительно постучав в дверь. Когда же ему открыли и с обыкновенным радушием приняли, он отправился прямиком на второй этаж, после чего встал у входа в комнату. Заходить туда ему не пришлось: дверь вскоре отворилась, и перед ним показался джентльмен в возрасте, в пенсне и в камзоле серебряного цвета.
— Мистер Харви Лоусон, полагаю? – обратился к нему со всей вежливостью незнакомый тип.
— Да, так, - ответил покойным тоном мистер Лоусон, - Чем обязан вашим посещением?
Гость, усмехнувшись недоброжелательно (что заметил сам Харви), пригляделся к двери, за которой виден был кабинет.
— Вообще-то, я не к вам, сэр, а к мистеру Ллойду Фенстеру.
Я слышал, что он состоит при вашей конторе.
Поправив пенсне, мистер Лоусон с некоторой настороженностью оглядел гостя.
— Что ж. Если вам надобен мистер Фенстер, вам следует его дождаться. Он сейчас немного занят, есть одно важное поручение.
— Ну разумеется, сэр, - лихо засмеялся незнакомец, - У меня времени имеется столько, сколько ядер в трюме!
Конечно, подобное выражение показалось Лоусону слишком подозрительным, но он, решив, что имеет дело с простым моряком, лишь сказал:
—Вы, кстати, не могли бы представиться?
— Конечно, - вновь принял притворно-серьёзную мину гость, - Эд Симменс я, сэр.
— Эдвард или Эдмунд? – пытался уточнить мистер Лоусон.
Незнакомец нахмурился, ухватившись за треуголку.
— Нет, извольте звать именно так, и никак иначе. Ну так что ж, приказано ждать - буду ждать.
— Я передам ему о вас, - сказал торопливо Харви, пройдя вскоре по коридору далее и свернув направо.
Походив какое-то время взад и вперёд, гость наконец удосужился увидеть, как молодой господин, выйдя из-за угла, направился к нему навстречу, глядя на него с любопытством.
— Ллойд Фенстер, - заявил он, протягивая руку незнакомцу.
Тот, сильно пожав её, крепко при том стиснул, с усмешкой глядя в лицо своему собеседнику.
— Эд Симменс. Зовите меня так, ладно?
Ллойд, удивлённый сей дерзости посетителя, помолчал немного в раздумии.
— Чем я могу вам помочь, сэр? – осведомился он осторожно.
Меж тем неизвестный, загадочно улыбнувшись, молвил:
— Вы мой должник, мистер Фенстер. Вы очень многим можете мне помочь. Но давайте с вами выйдем отсюда, дабы поговорить о том наедине. Дело, понимаете, особой важности; такое, что вам и не приходилось распутывать, прямо морской узел!
Послушно идя вместе с ним вниз, Ллойд меж тем сильнее ещё дивился его нраву: как он узнал о нём, от кого, что за такое дело он хочет с ним иметь. Масса вопросов, ответы на которые ему предстояло найти.
Когда они вышли на Сейнт-Джеймсс-стрит, мистер Симменс предложил закурить Фенстеру, но тот, естественно, отказался.
— Ах, жаль! Вы, конечно, не из таких. Оно понятно.
— Позвольте спросить, - прервал его Ллойд, - Как вы узнали обо мне? Поскольку я не помню, дабы мы были с вами когда-то знакомы.
Клиент его рассмеялся громко, отчего мистеру Фенстеру стало неловко:
— Не бойтесь, сударь, память у вас не отшибло.
Конечно, мы с вами первый раз видимся. Но, скажу вам по секрету, вашего отца я знал как самого себя. Можете поверить в то, Ллойд?
Мистер Фенстер, которому манеры его сразу показались нестандартными, тут же пришёл к выводу, что разговаривает с бывалым моряком.
— Что ж, очень приятно, что вы знаете моего отца. Правда, я не слишком беру в толк, какое отношение то имеет к делу?
Мистер Симменс, положив руку свою на плечо ему, шепнул в ухо:
— Самое прямое, мистер Фенстер. И если вы разрешите нам обсудить то в вашем доме, я буду очень признателен вам.
Данное предложение вызвало в Ллойде недоверие к тому человеку.
— Не думаю, сэр, что это получится. Вы уж извините, но у меня там сейчас отец, а вы говорите, что хотите обсудить дело только со мной.
— И то верно, - согласился невольно мистер Симменс, - Ну, была не была: держим курс на тот угол.
И он повёл Ллойда к углу одного здания, где, собравшись духом, принялся своё дело растолковывать в подробностях. Впрочем, он понимал прекрасно, что ему придётся хорошенько обработать своего адвоката, дабы прийти с ним к соглашению.
— Понимаете, мой мальчик, - начал он, всячески показывая свою нежность, доброту, наивность и простоту, граничащую с фамильярностью, - вы меня уже раскусили: я не простой человек. Я моряк. Это моё призвание, моё детище, моё всё. И отчего, вы спросили, я упомянул вашего отца, Беверли. Да по той причине, что я был с ним не разлей вода все те годы, что служил на флоте. Он был капитаном, я же – его правой рукой. Ну, не буду вам расписывать всё наше плавание досконально, а лучше перейду к сердцевине. Но! Ллойд, я требую от вас большего.