Разговорившись вовсе, они и не заметили, как стало вечереть, и город приготовлялся к долгому ночному затишью. Ллойд, желавший скорее завершить этот тягостный разговор, сказал:
— Если вы требуете, я не смею отказывать. У меня есть знакомые, работающие в суде много лет, и я могу их задействовать для данного дела. Как всё будет улажено, я вам сообщу.
— Вот и хорошо, - промолвил с довольным видом Эдмунд, протянув руку Ллойду, - Этим вы сделаете честь не только мне, но и себе. Что ж, мы с вами затянули маленько, так что прощайте на том, да прибудет с вами его величество. И вот ещё что, - добавил он напоследок, - Если кто обмолвится о том, с кем вы встречались сим днём, говорите: «с мистером Эдом Симменсом», ясно?
Мистер Фенстер утвердительно кивнул головой.
На том пути их и разошлись. Когда мистер Симменс исчез из виду, Ллойд зашагал в обратную сторону, к экипажу, который должен был его отправить в Куинсферри.
По дороге домой он анализировал в своей голове всё сказанное Хасселритом.
«Что ж, если я действительно возьмусь за то дело, мне придётся изрядно потрудиться. Не каждый юрист с моим стажем способен написать убедительное донесение на государственного изменника. Но имею ли я выбор?
Отказавши, могу навлечь на себя неприятности. Видно, что человек этот серьёзен и непоколебим, и от него нельзя отделаться обычной отговоркой. Но отец? Ведь он, как я понимаю, всей душой болеет за того Юстаса, о коем шла речь сегодня. Да я и сам в том уверен. Для него это будет ударом, и тем самым, я его предам. Жестоко? Да. Но отказать – ещё убийственней, причём больше для меня. Не дай Боже, если он пошлёт на меня свою банду. Вот тогда все разговоры мои сойдут на нет».
Когда коляска уже въехала в Куинсферри, Ллойд, ещё сильнее терзаясь новыми муками, побрёл к дому, где он, решив передохнуть после всего произошедшего с ним в этот день, уселся за стол, глядя в окно, на расцветающий сад.
«Пожалуй, мне следует начать с чего-то. С чего же? С письма прокурору? И зачем мне было только видеться с тем мистером Симменсом? Шёл бы своим путём и не стал бы ставить под угрозу свои отношения с отцом. А теперь я связан, морским узлом!»
От этого выражения его взял смех, и он, сам того не осознавая, улыбнулся.
«Связан как безнадёжный юнга!»
Вскоре он вовсе потерял контроль над своей откровенно глупой эмоцией, громко рассмеявшись. Остановить это безумие смогли лишь шаги, раздавшиеся позади Ллойда.
— Могу ли я выяснить, старина, какая оказия стала причиной твоего дьявольского хохота? – послышался тут же голос капитана Фенстера, - Докладывай мне без утаек!
Опомнившись наконец от сего необъяснимого душевного явления, Ллойд перевёл внимание на Беверли и, став по-прежнему угрюмым, сказал:
— О, нет, отец, ничего от вас я не утаиваю. Сам не знаю, что нашло на меня, проклятого. Верно, переутомился. Неплохо бы пройти в сад и поговорить там обо всём, не так ли?
Капитан Фенстер чуял неладное: он с беспокойством глядел на сына, который вёл себя как-то совершенно непонятно. С чего вдруг до того Ллойд был весел, а теперь затих и ушёл в себя.
Но и Ллойду также было вовсе не до шуток: ему выдвинули ультиматум, жестокий и недвусмысленный: либо он выручает Хасселрита, либо его настигают приспешники Эдмунда и лишают жизни.
— Мне кажется, тебе следует мне рассказать о своём дне подробнее, - заявил Беверли, поглядывая иногда на лежавшие на столе Ллойда бумаги.
Ему же сразу вспомнился Юстас и то, что о нём сообщил ему Эдмунд.
«Повстанец, значит; скрывается в Англии. Как его ещё не привлекли к ответственности, диву даюсь. И зачем же он нужен отцу? Попахивает недобрым. А если так, то я должен признать, что Хасселрит прав».
— А вы не расскажете о своих делах?
Капитан удивлённо прикусил губу.
— О каких?
Ллойд с усмешкой ответил:
— Ну, скажем, в Саутенде. Вы же там не раз бывали?
— Бывал, конечно, - сказал капитан Фенстер, сев рядом с Ллойдом, - по делам морским. Не могу уж я без того, старина. Своё отслужил, а фрегат-то мой всё стоит невозмутимо у причала, зовёт меня в новое плавание.
— Но ведь и не только потому? - пытливо выговорил Ллойд.
Беверли, осознавая, чего от него ждёт он, поднялся и со вздохом произнёс: