Через несколько минут к дому должен был подъехать Адам, и, попрощавшись с Агатой, я вышла из квартиры. Спускаясь, я заметила, что Профессор Рейес уже ждал у порога. Меня удивило, что Адам приехал не на машине, а на мотоцикле.
— Даже не думала, что преподаватель психологии увлекается мотоциклами.
Вместо ответа Адам молча вручил мне шлем для безопасности. Он был одет в простую белую футболку и спортивные брюки. После того как он передал мне шлем, сам сел вперед и надел другой. Я же расположилась позади.
Вскоре мы оказались в планетарии. Зал был огромен. Купол, казалось, исчезал в бесконечности. Когда свет погас, я затаила дыхание. Мириады точек вспыхнули над головой. Адам, стоя рядом со мной, начал рассказывать о созвездиях, о далёких галактиках, о чёрных дырах. Я слушала, но больше смотрела на звёзды. Они завораживали. Я чувствовала себя такой маленькой, такой незначительной во вселенной.
– Это… потрясающе, - произнесла я шепотом.
Он обнял меня за талию, притянув ближе, и мы вместе любовались звездами.
Адам успел удивить меня дважды за сегодняшний день: сначала своим мотоциклом, а затем глубокими познаниями в астрономии.
— Адам, — тихо позвала я. Преподаватель психологии повернул голову, показывая, что услышал своё имя. — Расскажи о себе. Я так мало о тебе знаю.
Он улыбнулся, взял меня за руку и повёл в другую часть планетария, где нас ждали мягкие подушки, плед и вкусная еда. Устроившись поудобнее, он начал рассказывать о своей жизни.
— Мой отец — астроном. В детстве он часто брал меня с собой в обсерваторию. Я помню, как он показывал мне созвездия, рассказывал о планетах и галактиках. Для него звёзды были не просто светящимися точками, а целыми мирами, наполненными загадками.
Я внимательно слушала Адама, закусывая сладостями. В глазах горел неподдельный интерес.
— Ты хотел бы пойти по пути отца? — решилась я на вопрос.
— Хотел и даже пробовал. Звёзды, как и для него, стали для меня чем-то особенным. Они были словно верные друзья, всегда рядом, особенно когда всё вокруг казалось непонятным, — Адам замолчал, и я почувствовала, что тема детства для него болезненна. Однако он продолжил: — Я начал изучать астрономию, а когда пришло время поступать в университет, выбрал факультет астрономии. Но проучился всего несколько месяцев. Осознал, что это не моё, и перешёл на психологию.
— Вижу, тебе тяжело говорить о детстве. Почему? — во мне проснулся психолог. Практика сама нашла меня в лице Адама Рейеса.
— Тяжело, потому что отца больше нет, — тихо ответил он.
После этих слов повисла тягостная тишина. Мне захотелось извиниться за то, что затронула запретную тему, но Адам жестом остановил меня, дав понять, что мои извинения излишни, ведь я не могла знать.
– В этом мире я совсем один. Моя мама бросилась с моста, когда родился мой младший брат.
Его слова снова поразили меня. Сколько ещё тайн скрывает этот человек?
– Но и брата моего больше нет, и всё из-за одной девушки, – последнее слово он произнёс с горечью и злостью.
Адам тяжело вздохнул.
– Пайпер, прости, я не смогу рассказать, как погиб мой брат. Мне до сих пор слишком больно.
Я кивнула головой, переваривая слова, которые сказал Адам. Потом задумалась. Мы с Адамом похожи. У нас обоих сложные судьбы, но, несмотря на это, мы находим в себе силы подняться из грязи.
Теперь я буду рядом с ним. Мы станем дополнять друг друга. За эти месяцы, прошедшие с момента, как Адам признался мне в чувствах, я наконец поняла, что воспоминания о Даниэле больше не ранят. Я осознала, что готова начать отношения с человеком, который сейчас находится со мной в одном помещении.
Я начала гладить ладонь Адама, будто кто-то управлял мной, как марионеткой. Потом потянулась и поцеловала его в щёку. Он удивился, но потом полез целовать мои губы. В животе у меня словно расцвели цветы, и закружились бабочки. Неужели я влюбилась? Сильнее, чем в Даниэля?
— Теперь мы вместе, — прошептала я, отстранившись из-за нехватки воздуха.
Адам не сразу понял мои слова. Но когда до него дошло, его глаза расширились, и в них появился лучик счастья. Он начал целовать меня, а потом крепко обнял.
— Похоже, ты был прав. Это свидание я запомню навсегда.
Мы продолжили смотреть на звёзды и наслаждаться угощениями.
Глава 23. Праздник с горьким привкусом.