Меня насторожили два слова «отправитель неизвестен». То есть это может быть кто-то из моих знакомых? Единственный, кто осведомлён о том, что я работаю стриптизершей, – это Агата. Неужели она решила подставить меня? Но… зачем?
– Можете уходить.
Я кивнула и вышла из кабинета.
Так как последняя пара сегодня — психология, я пошла в комнату, чтобы подождать Агату. Мне нужно было выяснить, сделала ли она это или нет. К счастью, долго ждать не пришлось. Меня удивило, что после занятия она направилась домой, а не на встречу с каким-то парнем. Обычно она отправляется на очередное свидание с ночевкой и возвращается утром с довольным и радостным лицом.
Когда блондинка приходит домой, она сразу меняет свою одежду на более удобную, но в этот раз, заметив моё серьёзное выражение лица, она села рядом со мной на кровать.
– Что сказал ректор? — с волнением спросила Агата.
Я подробно описала наш разговор и поделилась своими подозрениями.
– То есть ты считаешь, что именно я отправила эти фотографии? – Агата в ужасе поднялась с кровати. На ее лице читались удивление и недоумение.
– Да, ты! – выкрикнула я, вставая с кровати. – Только ты знала, чем я занимаюсь. Мне интересно, почему ты на это решилась? Неужели ты мне завидуешь? Или ты просто решила внести в мою жизнь хаос? Может, ты хотела меня разыграть? Или стремишься быть лучше меня? Я при своем образе жизни добиваюсь успехов, в то время как ты пытаешься добиться этого через постель, и даже это не всегда работает. Затевая интрижку с одним преподавателем ради оценки, ты потом переходишь к другому. Я знаю, что бывало, когда некоторые учителя жаловались ректору на твои попытки их соблазнить. Сколько раз ты была на грани исключения из-за этого? Решила, что если отправишь фотографии, то затмишь свои грязные делишки?
Агата смотрела на меня с ненавистью.
– Что за бред ты несёшь? Мы ведь подруги, Пайп. Мы дружим уже несколько лет и знаем друг о друге всё! Почему ты решила, что это я? Может, твоему новому парню пришло в голову отправить снимки? Или, возможно, это кто-то из мужчин, перед которыми ты крутишь задом?
– Ты знаешь мою причину «крутить задом», Агата.
Я ощутила, как в воздухе витало напряжение, словно пламя уничтожало нашу дружбу.
– Твоя причина ушла из жизни два года назад! Но почему-то ты все еще продолжаешь там работать. Хотя… Понятно почему, - подруга хотела уйти, но я остановила её, требуя объяснений, - тебе, как и мне, нравится раздвигать ноги. Понятно же, что ты не только танцуешь, - я шокированно смотрела на неё, понимая, как что-то внутри меня трескается, - Что? Тебе тоже больно? И мне. Но… За что ты мне сейчас причинила боль? За то, что подумала обо мне в первую очередь, увидев фотографии на мониторе компьютера? Молодец, но могу сказать с точностью, что я не отправляла их на его электронную почту. Знаешь… Благодаря этому разговору я поняла, что ты на самом деле стерва, подруга.
Последнее слово звучало, словно яд. Агата вышла из комнаты, хлопнув дверью. И в тот же миг на телефон пришло сообщение от Анонима. Как так? Я же его заблокировала.
«Игра началась, куколка. И счёт 2:0».
Глава 5. Потерянные связи.
Пайпер Фриц.
Сообщение от Анонима показалось мне весьма странным. Что он имел в виду, когда написал: «Игра началась»?
Почему именно «2:0»? Нужно разобраться с этим.
Я упала на кровать и, лежа на спине, уставилась в потолок, размышляя о последних событиях. Может быть, Агата действительно ни при чём? И я без повода наговорила ей гадостей? Я закрыла лицо руками и громко закричала, осознав свою вину перед подругой. Как мне теперь перед ней извиниться? Что она любит? Так, алкоголь, клуб. Точно! В качестве извинения надо пригласить её в клуб.
Я вскочила с кровати и направилась к выходу. Вероятно, Агата уже вышла на улицу. Но куда она могла уйти? Мест, где можно «остыть» после ссоры, предостаточно. Проще спросить кого-то об этом. Наверняка кто-то заметил злую девушку, выбегающую из комнаты или общежития. В коридоре я встретила несколько первокурсниц, сидящих на подоконнике. Интересно, как долго они здесь находятся? Видели ли они Агату? Сейчас и узнаю.
– Твоя подруга направилась к университету, - ответила одна из девчонок.
Я поблагодарила и пошла в сторону универа.
Между мной и Агатой иногда возникали конфликты, но они были редкими. Мы могли обменяться колкими словами, но не настолько, чтобы обидеть по-настоящему. Я осознаю, что моя подруга испытывает злость и надеюсь, что смогу получить её прощение. Но для чего ей идти в университет?
Я обежала все корпуса учебного заведения в поисках Агаты и наконец увидела её, когда она выходила из кабинета ректора. Закрывая дверь, Агата с улыбкой произнесла ему: «Спасибо!», но потом встретила мой взгляд. Та радость моментально потухла.
– Я тебя искала! – проговорила я, стараясь восстановить дыхание. Агата молчала, и было ясно, что она не желает со мной разговаривать. – Извини меня, пожалуйста. В качестве компенсации приглашаю тебя в клуб.
Но моя подруга никак не отреагировала. Обычно, услышав «клуб» или «алкоголь», её глаза загорались. Для неё без этого молодость теряет смысл. Теперь же она смотрела на меня с холодным безразличием, словно превратившись в куклу.
– То есть после всего, что ты сказала, я должна тебя простить и отправиться в клуб, чтобы напиться? – произнесла она с презрением.
– Давай признаем, что мы обе переборщили.
Я заметила, как Агата становится всё более раздражительной и злой, словно готова взорваться от гнева, как бомба. Мне срочно нужно было сменить тему. Глядя на кабинет ректора, я задала вопрос:
– Что-то произошло?
– Я обсуждала с ректором возможность переезда в другую комнату.
Мурашки пробежались по моей коже, словно я прикоснулась к электрошокеру. Неужели я не ослышалась? Агата действительно собирается переехать в другую комнату? Это означает, что нашей дружбе приходит конец.
Существует ли надежда на примирение? Возможно, не сейчас, но в будущем. Сейчас и мне, и Агате необходимо разобраться в своих мыслях. Я должна понять, что творится вокруг, пристально вглядываясь в своё окружение, и выяснить, кто отправил фотографии с вечеринки на почту ректора. Агате нужно решить, имеет ли смысл продолжать общение и дружбу со мной.
– Спасибо за дружбу, – произнесла я, протянув ей руку на прощание, но блондинка с гордо поднятой головой прошла мимо меня.
Боль ощущалась остро, словно в моё сердце вонзили несколько ножей, но даже так я не могла расплакаться. Не было слёз уже давно.
В последний раз, когда я плакала, это было на похоронах бабушки. После этого я зарыла желание плакать глубоко внутри, полагая, что это проявление слабости. А кому сегодня нужна слабость? В наше время все стремятся казаться сильными.