Прежде, чем она успела хоть что-то осознать, я навис над ней, заключая в капкан из своих расставленных по бокам рук.
Пара шокированных карих глаз уставилась на меня.
Она молчала. Я молчал. Мы оба замерли, ожидая дальнейших действий друг от друга. Но я более ждать не намерен. Протискиваю колено между её ног, заставляя их раздвинуть. Девочка спохватилась и попыталась свести ноги, но было уже поздно. Тогда она испуганно завозилась в моих руках, уперлась слабыми ладошками в грудь, пытаясь оттолкнуть меня, но для этого тоже было слишком поздно. Я перехватил её за запястья одной рукой, завёл наверх и с силой вжал в изголовье.
Настя попыталась что-то сказать, но второй рукой я подхватил её за талию, приподнимая себе на встречу, и губами вновь нашёл сосок.
Изо рта девушки вылетел слабый изумлённый стон. Но большего мне и не требовалось. Я, как обезумленный, поочередно припадал то к одному, то к другому соску, вбирал в рот, кусал, ту же зализывал свои укусы. Комната наполнилась стонами и всхлипами, и я не могу быть уверен, что среди них не было моих собственных.
Не заметил, как ладонь, державшая Настины запястья, уже жила своей жизнью, скользя по соблазнительным женским изгибам.
Она же, откинув голову, выгибалась, подставляла свою грудь под мои губы, но руки её продолжали покоиться у изголовья, как прибитые.
Я не мог больше медлить. У меня не было больше ни сил, ни желания. Напряженный член рвался наружу. Одним движением я сдвинул перешеек трусиков в сторону, вторым – опустил резинку домашних брюк вместе с боксерами и провел головкой разрывающегося от желания члена по влажным складкам. Девушка замолкла и окаменела.
Я уже собирался войти в неё, но она подала голос:
– Как тебя зовут?
– Ты знаешь, как меня зовут, Настя, – я не намерен играть в эти игры. Только не сейчас.
– Прошу, назови своё имя, – пропищала девочка, обхватит ладонями моё лицо.
Сегодня она впервые сама дотронулась до меня. Наверное, это было так неожиданно, что я включился в придуманную ей игру и произнёс:
– Макс, – снова скользнул членом по влажным складкам, намеренно задевая клитор.
– Ма-акс, – девчонка вздрогнула и не сдержала стона.
Всё! Хватит разговоров!
Мне хотелось загнать в неё член до упора и…
Она продолжала удерживать моё лицо в своих подрагивающих ладошках. Она притягивала и отталкивала меня одновременно. Как она смотрела на меня…В её глазах блестела гремучая смесь из страха и нежности, из тревоги и теплоты. Всё это выбивало из меня первоначальный порыв. Я ещё раз погладил головкой клитор, и ещё, и ещё, вырывая из её груди всё новые и новые всхлипы. А потом медленно, слишком медленно и тягуче начал погружаться в неё.
«Слишком узко» - была моя первая мысль, едва член начал растягивать стенки влагалища.
«Девственница!» - пришла следующая, стоило мне войти на половину и упереться в невидимое препятствие.
Но как? Неужели Егор тогда сказал правду? Получается, они, действительно, ни разу не были близки в постели.
Получается, и до Егора у неё никого не было. Но девственность ведь она могла и восстановить.
А что, если я был не прав на её счет и ошибаюсь сейчас? Может всё вообще было не так.
Что если он попытался тогда изнасиловать её и это была самооборона. Егор хотел на ней жениться. Он бы не стал насиловать.
А вдруг она не хотела убивать. И всё это просто ужасная случайность. Нож в сердце – случайность?!
Готов ли я вообще простить её? Но она и не просила моего прощения.
Голова рвалась от проносящихся со скоростью света мыслей.
– Попроси прощения, – незамедлительно потребовал я.
– За что? – еле слышно прошептала Настя.
– За то, что убила моего брата, – чувствую, как ярость начинает захлестывать меня.
Хватит этого спектакля! Хватит!
– Я никого не убивала...
Идиотка! Какая же ты идиотка! Ты не заслуживаешь моего прощения. Ты не способна даже на раскаяние.
Брезгливо откидываю руки этой твари, убираю в штаны уже давно опавшее достоинство и покидаю комнату.
Настоящий идиот тут только я.
Глава 8.
С той странной ночи прошла уже неделя. Я больше не видела Макса. Да, Его зовут Макс. Мне казалось, что как только я узнаю его имя, страх перед ним отступит, но ненависть в его глазах не даёт мне забыть, что я попала в руки маньяка. Маньяка-психопата, который считает меня убийцей своего брата.
Но как такое возможно?
Все дни тянулись медленно и однообразно. Ко мне заходил лишь Гор. Неоднократно я пыталась завести разговор, но получала в ответ лишь сухие короткие ответы. Не смотря на внешнюю суровость и немногословность мужчины именно с ним чувствовала себя комфортно и спокойно.