- Не пойму даже, что из всего этого самое мерзкое на вкус, - через некоторое время пожаловался Рэкроуз. - От четоуси несет тухлыми яйцами, но ахагари совершенно непереносимо. Пурриан просто дрянь. А пиво такое, как будто эта дама вымыла в нем своего пса... Что? Вы продолжаете есть эту пакость?
- Вы должны поступить точно так же. Нам нужен предлог для того, чтобы сюда наведываться. Вот, попробуйте добавить какую-нибудь из этих замечательных приправ.
Рэкроуз поднял руки.
- С меня довольно. По крайней мере, при сложившемся уровне оплаты моих услуг.
- Как вам угодно. - Герсен проглотил еще несколько ложек дарсайской пищи, затем отложил ложку в сторону. - Для первого вечера мы увидели вполне достаточно. - Подав знак женщине, он произнес: - Мадам, наш счет, пожалуйста.
Женщина бросила взгляд на миски.
- У вас просто волчий аппетит. Придется взять с каждого из вас по два - нет, даже по три сева.
- Три сева за несколько ложек? - негодующе вскричал Рэкроуз. - Таких цен не бывает даже в "Кафедральной"!
- В "Кафедральной" подают безвкусную преснятину. Расплачивайтесь, как велено, все равно я вас не отпущу, не выпотрошив, как положено.
- Вот и потрошите, - предложил Герсен. - Хорошенький способ привлечения постоянной клиентуры. Я мог бы еще добавить, что мы надеемся встретиться с одним из членов клана Бугольда.
- Ха-ха! - ухмыльнулась женщина. - А я-то здесь причем? Один из отщепенцев бугольдовского клана ограбил склад компании "Котзиш", и именно поэтому мне теперь приходится жить здесь, на этой продуваемой сырыми ветрами планете, где все мои кости выворачивает ревматизм.
- Я слышал несколько иную историю, - всезнающим тоном довольно равнодушно произнес Герсен.
- То, что вы слышали - чушь собачья! Рейчпол-бугольдец и гнусный скорпион Пеншоу сговорились между собой. Это они должны были стать кончеными людьми, а не бедняга Тинтл. Ну-ка, платите теперь причитающиеся мне монеты и ступайте своей дорогой. Меня надолго расстраивают всякие сплетни, связанные со злополучной "Котзиш".
Герсен отрешенно отсчитал шесть севов. Подавальщица, бросив на Максела Рэкроуза злобно-торжествующий взгляд, мигом смахнула монеты в карман.
- Не помешали бы еще два сева в знак благодарности.
Герсен вручил мадам Тинтл две монетки, и она направилась в сторону кухни.
- Вы были с нею непомерно любезны, - неодобрительно поморщившись, процедил сквозь зубы Рэкроуз. - Жадность этой мегеры под стать только мерзости приготовленной ею пищи.
Женщина тут же бросила через плечо:
- Я нечаянно услышала ваше высказывание. Когда вы в следующий раз удостоите нас своим посещением, я выварю в вашем четоуси тряпки, которые подкладываю себе в промежность при месячных. - С этими словами она удалилась. Герсен и Рэкроуз тоже не стали задерживаться в зале ресторана.
Выйдя на улицу, они остановились на какое-то время на тротуаре. Над озером повис густой туман. Уличные фонари вдоль Пилкамп-Роуд просматривались как размытые бледно-голубые круглые пятна.
- Что теперь? - спросил Рэкроуз. - Визит к Тинтлу?
- Да, - ответил Герсен. - Он ведь где-то совсем рядом.
- Эта вульгарная особа упомянула задний двор, - проворчал Рэкроуз. Туда можно пробраться, обогнув таверну, по переулку Нунана.
Они прошли за угол здания, в котором размещалась "Сень Тинтла" и стали подниматься по пологому склону холма вдоль боковой стены. Через несколько десятков метров показались ворота с металлическими прутьями, сквозь которые открывался вид на задний двор. Слева во тьме вырисовывался ряд полуразвалившихся сараев, из одного из которых пробивался свет.
В окне верхнего этажа здания раздались несколько резких металлических звуков будто от ударов кастрюли о стену, затем стала видна опускавшаяся на всю высоту здания веревка, к концу которой в самом деле была привязана кастрюля.
- Похоже на то, - заметил Герсен, - что Тинтл сейчас будет ужинать.
Дверь сарая отворилась, в ее проеме четко обозначился силуэт невысокого широкоплечего мужчины. Он проковылял через двор, отцепил кастрюлю от веревки и понес ее к себе в сарай.
- Тинтл! - окликнул мужчину Рэкроуз через решетку ворот. - Эй, Тинтл! Подойдите к воротам!
Тинтл остановился в недоумении, затем отвернулся и быстрым шагом направился в сарай. Как только за ним закрылась дверь, весь двор снова погрузился в тьму.
- На сегодня достаточно с Тинтла и этого, - произнес Герсен.
Двое мужчин вернулись на Пилкамп-Роуд, дождались омнибуса, следовавшего в южном направлении, и отправились в Старый Город.
Глава 4
"Автор данного исследования, размышляя над личностями Лордов Тьмы и их будоражащими воображение деяниями, то и дело приходит в полнейшее замешательство при виде многочисленности и разнообразия событий, подлежащих анализу. Для облегчения своего положения автор постоянно прибегает к обобщениям, однако всякий раз убеждается в том, что с таким трудом достигаемая стройность получаемых им выводов очень быстро рушится под тяжестью тех оговорок, без которых немыслимы вышеуказанные обобщения.
По сути, всем пяти рассматриваемым индивидуумам свойствен лишь один-единственный общий аспект - полнейшее безразличие к человеческим страданиям.
Так, сравнивая Ленса Ларка с другими Лордами Тьмы, мы не обнаружим в их характерах никаких иных общих черт, кроме этого единственного свойства. Даже анонимность и скрытность, которые легко могут показаться определяющими элементами его умения ускользать от карающей десницы закона, в случае Ленса Ларка деформируются в необузданную дерзость и даже кажутся проявлением страстного желания привлечь внимание общественности к собственной особе. Временами создается такое впечатление, что Ленс Ларк едва ли не сам стремится всеми доступными его воображению способами изобличить себя.
Тем не менее, если просуммировать все, что нам известно о Ленсе Ларке, мы обнаружим совсем немного заслуживающих доверия фактов. Его описывают как высокого мужчину внушительной внешности, который с помощью жгучего, всепронизывающего взгляда и резких движений создает впечатление натуры непредсказуемой и подверженной необузданным страстям. Не существует достаточно четкого описания его лица. Согласно слухам, он - непревзойденный мастер владения плетью и получает удовольствие, карая ею своих недругов".