Сейчас Карл, вероятно, уже спокойно сидел у окна одного из многочисленных в этом районе кафе, попивал кампари и держал под наблюдением несколько ключевых улиц, сходящихся у площади. Главная часть операции была впереди.
В половине десятого вечера или около того улицы Рима еще были многолюдны, хотя движение уже резко шло на убыль по сравнению с часами пик. В дневные часы римские улицы большей частью бывают забиты машинами, бампер к бамперу. По вечерам в жилых кварталах на окраинах Рима движение стихает, хотя по проезжей части улиц еще долго носятся на своих мотоциклах молодые римляне обоего пола, а на перекрестках и вдоль улиц стоят и прогуливаются люди всех возрастов. Бесчисленные римские кошки тоже вылезают в эти часы на улицу.
Не привлекая к себе внимания (римляне, кстати, никогда не были любопытны), Авнер и Роберт, дружески беседуя, прогуливались вокруг площади.
Минут через тридцать Авнер увидел, что Ганс вышел из машины, запаркованной перед подъездом «С». Он посмотрел на часы, прошел вперед, остановился у машины, прислонившись к дверце, и с беспечным видом стал болтать с девушкой, сидевшей за рулем. Наконец, махнув ей на прощанье рукой, он зашагал через площадь, направляясь к корсо Триест, так ни разу и не взглянув на Авнера и Роберта. Девушка уехала. Стив с другой итальянкой продолжал сидеть в зеленом «фиате», запаркованном в нескольких десятках метров от этого места.
Все было готово к началу операции. Они знали, что тот, за кем они охотились, был человеком, никогда не изменяющим своим привычкам. Если в этот вечер не случится ничего непредвиденного, то через несколько минут он выйдет от своей любовницы, живущей в нескольких кварталах от него. Перед тем как войти в подъезд «С», он скорее всего заглянет в бар «Триест», чтобы позвонить по телефону. Телефон в его квартире, по полученным сведениям, был отключен за неуплату.
Тот факт, что Ганс отослал свою машину, означал, что он увидел молодую итальянскую парочку, спешащую по направлению к площади. Девушка обеими руками ухватилась за руку молодого человека, и они весело болтали. В их задачу входило примерно на минуту опередить того, за кем следила группа Авнера. Молодые люди знали, что их появление на площади Аннибальяно было указанием на то, что человек, за которым они наблюдали в течение последних трех дней, приближается к дому, но кому они подавали свой сигнал и зачем, они не имели понятия.
Увидев парочку, Ганс должен был перейти к старенькому «вэну» с пожилым итальянцем за рулем, терпеливо его дожидавшимся в нескольких сотнях метров от площади.
Авнер и Роберт неторопливо пересекали площадь, двигаясь по направлению к подъезду «С» и не спуская глаз со Стива, сидящего в зеленом «фиате». Было бы неразумным болтаться в вестибюле здания слишком долго. Они должны были войти в подъезд, как только девушка, сидящая рядом со Стивом, выйдет из машины.
Но если, выйдя из машины, она отойдет от нее, это будет служить Авнеру и Роберту знаком, что вход в здание опасен и их сегодняшняя операция отменяется.
Могло случиться, что нужный им человек не один, или что он направляется не домой, а куда-то еще. Авнер и Роберт не могли его видеть, так как он должен был появиться из-за угла. Знак, о том, что «цель» приближается к подъезду должна была подать девушка в машине Стива. Они с напряжением смотрели на ее белокурый затылок, виднеющийся в окне «фиата».
Авнер почувствовал, как судорожно сжались мускулы его живота. Он бросил быстрый взгляд на Роберта. Роберт шел со скучающим видом, его серые глаза были полузакрыты.