Авнер, однако, не был в этом уверен. Андреас покинул Рим до акции и, разумеется, не расслышал имени человека, за которым обязался следить Тони. Кроме того, сообщение о смерти Звайтера не попало на первые страницы итальянских газет. А в Германии об этом, похоже, и вообще не сообщалось. Андреас мог ничего не знать об этом, или во всяком случае не усмотреть связи между убийством Звайтера и деятельностью Авнера.
Члены различных палестинских группировок часто убивали друг друга. Если даже Андреас что-нибудь и подозревал, он бы удовлетворился объяснениями Авнера. Он, Авнер, делец, собирающий информацию о террористах для перепродажи. Андреас мог предполагать, что Авнер продает ее террористическим группам, враждующим с его, Андреаса, фракцией. Но, разумеется, ему и в голову не приходило, что друг его детства сам осуществляет террористические акции. А Тони вряд ли стал бы ему об этом рассказывать. Тони дураком не был.
Авнер тем не менее был прав. Вся эта операция иногда казалась безумием. Лучше слишком много об этом не думать. Они были всего лишь агентами. Если бы они располагали информацией, которая была доступна главе Мосада или даже Эфраиму, может быть, ситуация казалась бы им яснее. Возможно, что с позиций тех, кто наверху, во всем этом был смысл.
В Париже Андреас, по поручению Авнера, позвонил по телефону, который ему дал Тони. Этот телефон находился в бистро на Левом берегу, — так предполагал Андреас. Он попросил передать, чтобы Луи позвонил ему в отель.
Луи позвонил на следующий день вечером, сразу после шести. Авнер в это время сидел в номере Андреаса и взял трубку параллельного аппарата.
— Как поживаете? — начал Андреас по-французски, но ради Авнера сразу же перешел на английский. — Один из моих друзей приехал в Париж с поручением от Тони.
— Да, я ждал сведений от Тони. — Голос звучал без нажима, но очень уверенно, по-мужски. Таким мог быть голос телевизионного комментатора. По-английски Луи говорил хорошо, акцент едва улавливался. — Передайте своему другу, что мы можем встретиться здесь сегодня вечером в девять часов. Если это его устроит. — Андреас взглянул на Авнера.
— Я уверен, что он сможет быть в девять. Но предпочел бы, чтобы встреча произошла у отеля «Рояль-Монсо». Вы, наверное, знаете, авеню Гох.
— Разумеется, знаю, — ответил Луи с оттенком сарказма в голосе. Отель «Рояль-Монсо» был одним из самых дорогих в Париже. — Он что, там остановился?
Авнер отрицательно покачал головой.
— Нет, я не думаю, — ответил Андреас, — но именно там он хотел бы встретиться с вами.
— Хорошо, — коротко ответил Луи. — Скажите ему, что в девять я буду. Как раз перед входом, в черном «ситроене». Со мной будет Фифи.
— Это его собака, — объяснил Андреас. — Он часто берет ее с собой на всякие встречи. Так что узнать его тебе будет нетрудно.
Авнеру такая привычка была понятна и по душе. Он бы и сам с удовольствием взял с собой Чарли, даже на все время задания. На самом деле он действительно остановился в «Рояль-Монсо», но пока не хотел сообщать об этом Луи. Где Авнер остановился, не знал и Андреас. Ему Авнер сказал, что будет жить у друзей. Чем меньше о нем будет известно на этой стадии операции, тем лучше. Меньше риска. Издевательский смысл этих слов для человека, находящегося в его положении, вызвал у него усмешку. И все-таки не стоило облегчать работу толпам, вооруженным «Калашниковыми».
Элегантно одетый человек лет тридцати ровно в девять открыл дверцу черного «ситроена». Авнер заметил, что он хорош собой, хотя телосложением слегка напоминал плотного Тони, но лицо его было куда более волевым и интересным.
— Замолчи, Фифи, — сказал он, обращаясь по-английски к ворчащей на заднем сиденье немецкой овчарке. — Этот господин ничего не собирается у нас отнимать. Даже наоборот, не так ли? — прибавил он, поворачиваясь к Авнеру, который продолжал стоять на тротуаре.
— Я надеюсь, собака понимает, когда с ней говорят по-английски? — спросил Авнер, вынимая из кармана толстый пакет.
Луи засмеялся. Взяв конверт и заглянув в него, он, однако, не стал пересчитывать бумажки, а сунул пакет в портфель.
— Спасибо. В ваши планы входило только передать мне пакет, или вы не откажетесь что-нибудь вместе выпить?
— Если вы собираетесь при этом еще и поесть, то считайте, что заполучили партнера, — ответил Авнер.
— Договорились. Какое место в Париже вы предпочитаете?
— Здесь недалеко, на этой улице есть ресторанчик, который мне нравится, — сказал Авнер.
Все это звучало прекрасно. Если бы Луи что-то замышлял против него, он бы не позволил Авнеру выбрать место.