Ощущение, что я одинок и предан всеми, кого любил меня не покидает. Мне не хочется жить, но ещё больше мне не хочется приносить успокоение этому уроду. Я не лишу себя удовольствия всю жизнь преследовать его. Следовать за ним по пятам и поганить его жизнь.
Я сделаю все, чтобы он заплатил.
Недолго думая я иду в гараж и хватаю металлическую биту, десятилитровую канистру бензина, туристические спички и кидаю все это в багажник своей машины.
Я уничтожу его.
Я завожу машину, и выезжаю из дома на стремительной скорости, не оглядываясь в зеркала заднего вида.
Всю дорогу до мотеля я мчусь на предельно допустимой скорости, а стрелка спидометра буквально перевалилась за критическую отметку. Дважды я пересекаю дорогу на красный свет светофора, едва не спровоцировав аварию.
Чувствую какое-то радостное, но больное предвкушение от того, что собираюсь сделать, совершенно не задумываясь о последствиях.
До пункта назначения я долетаю за считанные минуты, и с остервенением жму на педаль тормоза.
Звук тормозящих шин режет слух, а запах жженой резины проникает глубоко в легкие. Я вылетаю из машины, не вытащив даже ключи из зажигания и не закрыв дверь.
Вытаскиваю орудия своей мести и бросаю их на асфальт рядом с машиной. Сейчас я жалею, что у меня нет в руках пистолета. Хотя, убивать его битой будет в сотни раз приятнее, ведь он долго будет истекать кровью, прежде чем окончательно умрет, мучаясь от боли в переломанных костях.
Я хватаю тяжелую биту, подхожу к окну и начинаю дробить каждое по очереди. Я сношу камеры снаружи и изо всей силы бью битой по деревянной двери несколько раз, пока щепки не начинают разлетаться вокруг, царапая меня.
Я улавливаю какой-то шорох позади себя, но игнорирую его. Адреналин в крови плещет так яростно, что перекрывает голос здравого смысла.
Кто-то хватает меня за спину, резко и грубо отталкивая назад.
Я резко поворачиваюсь и мой взгляд фокусируется на парне, похожего на вышибалу в каком-нибудь дорогом клубе, а из его уха торчит проводок от наушника. Он что-то кричит, но я ни слова не могу разобрать. Откинув биту я бросаюсь на него весом всего своего тела и валю его с ног, молотя его лицо кулаками.
Мы катаемся по полу, нанося друг-другу жестокие удары, но боли от них я буквально не ощущаю.
С божьей помощью, или из-за прилива адской дозы адреналина я перекатываюсь на парня, вывернув его руку за спину и с силой тяну на себя, пока не слышу характерный хруст и вой парня.
Злость застилает взор целиком красным полотнищем и я двигаюсь почти машинально.
Пока парень мешкает на земле, прижимая к себе сломанную руку, я хватаю биту с земли и наношу удар по затылку придурка и тот моментально вырубается.
Дыхание сбилось от всей возни, которая сейчас происходила, и, тяжело дыша через рот, я беру в руки канистру и щедро поливаю крыльцо окна и двери отеля. Того самого, из которого я не так давно спасал Хлою.
Через пробитую щель в двери я вижу, как мешкаются несколько человек. Двое парней, похожих на того, которого я вырубил чуть ранее и ещё одного в чёрном костюме, вырядившегося, словно он главарь этой ОПГ.
Не задумываясь о том, что делаю, я чиркаю спичкой и бросаю ее прямо в бензиновую лужу у входа, и отхожу назад, с восторгом наблюдая, как быстро пожар охватывает маленькое здание. Люди внутри начинают бегать быстрее, но я едва ли различаю, что те пытаются сделать.
Все происходило так быстро и стремительно, что я даже толком не осознаю, что происходит.
Безумная улыбка сводит мои скулы, а увидев, как пожар охватывает крышу здания, я и вовсе начинаю смеяться, как душевнобольной.
Удивительно, как быстро можно разрушить дело чьей-то жизни. Всего лишь чиркнув спичкой. И это займёт не больше пары-тройки минут.
Я зачарованно смотрю на устроенное мною кострище, не заметив парней, подскочивших сзади и скрутивших мои руки. Падаю на колени, и мою спину придавливают, повалив меня лицом на асфальт.
Кто-то что-то кричит, но я уже сошёл с ума. Мой смех не прекращается даже тогда, когда кто-то ударяет меня кулаком прямо в челюсть.
Я не пытаюсь сопротивляться и вырываться, поэтому вышибалы за моей спиной с легкостью закрепляют мои запястья железными обручами.
- Ты скоро сдохнешь, сука, - рычу я Джорджу Дели, который наверняка находится там - внутри, или же за моей спиной. Неважно. Я уничтожу все, что ему дорого. Я заберу у него все.
- Больной придурок, - словно через пробирку слышу я голос одного из парней.