Том молча глядит на меня: рассматривает мои волосы, глаза, губы…
Я смотрю на Тома достаточно долго, отчего становится даже неловко. Он может расценить мой откровенный взгляд за попытку флирта.
- Конечно, если обратимся за помощью к Гуглу, - разряжаю атмосферу имтимности я, и щипаю Тома за бок, из-за чего он дергается.
Он боится щекоти, я знаю, поэтому я начинаю его безжалостно щекотать, пока он хохочет и ерзает рядом со мной, пытаясь оттолкнуть мои руки. Я мучаю его еще несколько секунд, пока он не вырывается и не наваливается на меня весом своего огромного и жутко тяжелого тела, начиная щекотать меня в ответ.
Именно в этот момент я осознаю, что он именно тот человек, в которого я должна влюбиться. Который точно не разобьет мне сердце. Он. А не Райт Кинг. Который однажды разбивал, и разобьет еще не одну сотню раз.
***
Я и Том приехали уже полчаса назад, но пока что ничего особенно интересного не происходило. Некоторые первокурсники уже вдоволь напились и беснуют, другие с отвращением наблюдают за предыдущими.
Том разговаривает с ребятами из своей команды, а я спешно оглядываю дом. Я пытаюсь убедить себя, что никого не ищу, но настойчивый голосок внутри твердит, что я напросто себя обманываю.
- Ну, и как дела?
Я не сразу соображаю, что вопрос Алека Блэка был для меня.
- Отлично.
- Кажется, не в настроении сегодня? – игнорирует мой ответ он, придвигаясь ближе ко мне.
Из всей команды Тома (я знаю их всех поименно – Том часто таскает меня на игры, да и тусуемся мы в одних кругах, потому что Том мой единственный друг) – Алек нравится мне меньше всего. Он слишком навязчивый и подозрительный.
- Кажется, я сказала, что все отлично, - резко отвечаю я, поднеся бокал с пойлом, которое тут всем наливают, к губам.
- Расслабься, крошка, я слышал, просто ты какая-то напряженная, - ухмыляется он, переводя взгляд на посуду в моих руках.
- Что пьешь?
- То же, что и все остальные, очевидно.
Я не люблю людей, которые вторгаются в личное пространство. Именно это и делает Алек. И, кажется, совсем этого не замечает.
- Отлучусь на пару минут, - предупреждаю Тома я и ставлю стакан на барную стойку за своей спиной, решив, что самое время ненадолго удалиться в дамскую комнату.
По пути я внимательно разглядываю окружающих, пытаясь в потоке незнакомых лиц увидеть одно – самое важное. К сожалению, я вижу только грязь: перепившие первокурсники, студенты, которые едва ли не съедают лица друг-друга, я вижу одного парня, на котором скачет девушка, но явно не та, с которой он встречается. Я вижу, как одни нюхают дрянь, а другие кидают ее в свои бокалы.
- Кого-то ищешь?
Я напрягаюсь, услышав до боли знакомый голос. Сначала я решаю его проигнорировать, но потом понимаю, что этот самый голос может привести меня к тому, кого я взглядом ищу весь вечер. Я поворачиваюсь к Райану полностью.
Он выглядит, как серфер на какой-нибудь пляжной вечеринке, а не член студенческого сообщества.
Райан стоит, облокотившись на одну из бетонных блоков, но рядом с ним нет никого. Он поджидал здесь меня?
- Ищу. Его зовут туалет.
- А ты изменилась, Хлоя, - с прищуром и без тени улыбки произносит он. Я не знаю, что он имеет ввиду, но выяснять не собираюсь.
- Да, а ты все такой же, - отвечаю я, сложив руки на груди.
- Я тоже изменился, да только ты ещё не узнала, - говорит он, оттолкнувшись от стены и медленно приближаясь ко мне.
Что-то в нем пугало меня, и одновременно завораживало. Райан был невероятно похож на Райта, только черты его лица были более мягкими, чем у Райта. Наверное, Райт больше походил на отца, чем на мать, в отличии от предыдущего.
- Не хочу огорчать, но едва ли мне интересно, - отвечаю я, и отворачиваюсь от Райана, чтобы пойти дальше. Не успеваю я сделать и шагу, как Райан говорит то, что заставляет меня замереть.
- Чьим был этот ребёнок?
Я застываю не в силах даже пошевелиться. В ушах звенит, а руки трясутся.
Меня будто ударили прямо в живот, а потом ещё и ещё раз, пока не выбили из меня весь дух, и вот я лежу у обочины дороги своей жизни и не могу попросить даже помощи.
Воспоминания обрушаются на меня огромной лавиной. Я вспоминаю все, что тогда пережила.
Я могла сделать вид, что я не слышала.
Я могла сделать вид, что вопрос был не ко мне.
Я могла сделать вид, что он меня не касается.
Я могла уйти, проигнорировав его вопрос...
Но вместо этого я поворачиваюсь к Райану.
- Что ты сейчас сказал?
- Я спрашиваю: чьим был тот ребёнок? Аборт. Чей был ребёнок? С кем ты трахалась, пока мой брат сидел за решеткой? По твоей вине. С кем? Кто мог стать отцом? Перед кем ты раздвинула свои богатенькие ножки, а, Дели? - я словно в трансе слушаю все, что говорит Райан, чувствуя, как горячие слёзы обжигают щеки.
Я не могу сказать ни слова. Ни одного чертова слова. Кажется, что мой голос - это тонкая стена между истерикой и чувством полнейшего оцепенения, в котором я нахожусь сейчас, и если я скажу хоть слово - эта стена просто рухнет.
Я не понимаю, откуда знает Райан. Мне не верится, что кто-то об этом узнал. Кто-то, кроме моих родителей.
Я, словно салонная игрушка - качаю головой из стороны в сторону, а неконтролируемый поток слез катится из глаз. Я смотрю в глаза Райана, а он в мои - только иначе. Я шокирована, поймана врасплох, а он смотрит с ненавистью. С отвращением. Раньше мне казалось, что взглядом умеет унижать только Райт, но теперь я убедилась в обратном.
Я нахожу в себе силы сказать даже пару слов, но Райану они и не нужны, он уже решил, что знает все.
- Ты же знала его. Мне казалось, что знала... почему тогда дала себя опорочить? Зачем погубила его жизнь? Ты же знала, что он никогда не простит.
Я, наконец, нахожу в себе силы, чтобы ответить.
- Райан, пожалуйста, скажи, что он не знает об этом. Я тебя умоляю, скажи, что он не знает... - умоляю я, захлебываясь проклятыми слезами, хватая Райана за плечи.
- Слишком поздно, - резко отвечает Райан отступая от меня, а затем полностью от меня отвернувшись, он уходит.
Я облокачиваюсь на стену, а затем, сползаю по ней на пол. Я рыдаю. Рыдаю в голос, рыдаю долго. Рыдаю на полу коридора, а мимо меня идут люди, которым безразличен чужой недуг - они слишком пьяные, а музыка слишком громкая. Я плачу, плачу, а вода во мне все никак не закончится.
Райт все узнал. Он все узнал. Поэтому я никогда его не увижу снова.
Райан был прав - я знаю Райта. Он никогда не простит. Он узнал. Ему не нужны слова. Он никогда не станет меня слушать.
Я рыдаю, пока вода во мне не заканчивается, как и мои силы. Я захожу в самую ближайшую комнату и запираюсь в ней изнутри.
Наверное, я думала, что найду здесь успокоение. Наверное, я надеялась, что смогу продолжать заниматься самобичеванием здесь. Возможно, где-то в глубине души я надеялась, что я смогу совладать с собой здесь.
Но я вижу картину, добивающую меня окончательно. Я зажимаю рот в попытке не закричать. Но всхлип боли мне удержать не удаётся.
Я вижу Райта, на котором скачет одна из девушек, с которыми он обнимался возле своей машины.