Капитан Малькольм расходовал топливо и боеприпасы с пугающей быстротой, не заботясь о резервах и сохранности оборудования крейсера. Все генераторы работали с чудовищной перегрузкой; излучатели использовались в таком экстремальном режиме, что их мощные охладители не успевали отдавать тепло вакууму межпланетного пространства.
В этом яростном ливне всесокрушающей энергии, в этом шторме взрывов и потоке снарядов „Дрезден” явно оставался невредимым. Свечение его защитных экранов сместилось в фиолетовую область спектра, однако пока не было никаких признаков их ослабления, ни один из метеоритных отражателей не был разбит, защита выдержала. „Дрезден”, оборудованный и вооруженный так же, как флагманский корабль, управляемый чудовищным нечеловеческим интеллектом, мог притивостоять любому крейсеру Флота до тех пор, пока не иссякнет энергия в его генераторах.
Однако капитан Малькольм был удовлетворен. Он сделал все, чтобы „Дрезден” израсходовал много невосполнимого горючего, ради этого он не щадил генераторы и излучатели своего корабля. Его судно, его люди и его вооружение могут и должны выстоять до тех пор, пока свежие силы не придут на помощь, и они сделают это. Они держались, пока Стоун со своей командой техников заканчивал работу над сложными механизмами, пока спасательные шлюпки флагмана неслись сквозь космическое пространство к одиннадцати ближайшим крейсерам. Они держались, пока навигаторы с угрюмыми лицами рассчитывали непрерывно возрастающую радиальную скорость. Держались, пока огромная армада Земного Флота, ведомого бездушными металлическими созданиями, с гибельным безумием стремилась в пылающий ад Солнца.
Наконец, спасательные шлюпки достигли плененных кораблей и прикрыли их защитными экранами. Экипажи пришли в себя, люки были открыты и шлюпки вместе с защитными генераторами втянуты внутрь. Были сделаны нужные объяснения, отданы нужные приказы и одиннадцать мощных крейсеров, один за другим, отправились на помощь к своему флагману.
Не существует космического корабля, каким бы вооружением и защитой он ни обладал, способного долго противостоять совместному удару двенадцати сверхмощных военных судов. Под потоком смертоносной энергии, изливавшейся на обреченный крейсер, свечение его экранов сместилось в сторону ультрафиолета, затем они почернели и исчезли. И после того как защита была прорвана конец наступил практически мгновенно.
Не существует металла, который мог бы выдержать попадание энергетических пучков такой мощности; и когда „Дрезден” распался, каждый его отсек, каждая гайка и болт его чудовищной команды уничтожались до тех пор, пока все металлические обломки, превратившиеся в жидкую смесь, не испарились полностью.
Как только сопротивление роботов было подавлено и их губительные излучение прекратилось, связист флагмана начал настойчиво вызывать остальные крейсеры. На борту всех кораблей очень многим не удалось очнуться: эти люди остались беспомощными, слобоумными существами на тот недолгий срок, который они сумели прожить. Но вскоре на каждом корабле нашелся опытный офицер, который смог принять командование, и Земной Флот свернул под прямым углом к своему прежнему курсу.
Теперь все зависело от инженеров и навигаторов. Задача инженеров заключалась в поддержании такого режима работы двигателей, чтобы ускорение составляло ровно три „же”. Навигаторы должны были рассчитать наиболее оптимальный курс, выигрывая каждый сантиметр драгоценной тангенциальной скорости.
4. СОЛНЕЧНОЕ ПРИТЯЖЕНИЕ
После нескольких дней и бессонных ночей, заполненных упорной работой, Фердинанд Стоун выглядел очень усталым, но как всегда был настроен решительно. Преодолевая тройное тяготение, он проделал путь в отсек главного навигатора и нетерпеливо ожидал, пока этот достойный офицер, с трудом передвигая отяжелевшие руки по клавишам компьютера, закончит свои бесконечные вычисления.
— Мы избежим падения на Солнце, доктор Стоун, и у нас еще сохранится ускорение около половины „же”, -сказал, наконец, навигатор. — Другой вопрос, останемся ли мы живы. Тут будет, пожалуй, жарковато — смогут ли справиться с этим наши охладители? И, конечно, будет излучение — способна ли броня корабля ослабить его? Пожалуй, вы знаете об этом больше, сэр.