- Боже!..
- Ты знаешь, кем для него была Киззи?
- нет, - признался Сабуров. – Она из королевского дома и правительства. Важная шишка.
- А если он еще любил ее… - негромко напомнил Воронов. – Что предлагаешь делать, Антон? Вряд ли он оставил нам следы.
- Знаю, Паша, - поморщился он. – поэтому не звоню в полицию. Давай поднимай нашу службу безопасности: пусть проверят его квартиру, работу, ноут, машну, мобильник.
- Вряд ли что осталось, - сник сосед.
- Хоть зацепку, - попросил он устало. – Нельзя же ничего не делать? Его джип мог попасть под камеры наблюдения. Хоть выясни направление. Может аналитики просчитают, куда он рвется.
- Хорошо, Антон, - взялся за трубу Воронов, - но не жди чудес. С нами еще поработает психолог. Он определит психологический портрет Орбана, но я и без него вижу, что парень умен, расчетлив, не подвержен эмоциям. Им управляет разум. Он ждал годы, чтобы нанести удар. Он слишком опасен, непредсказуем, знает наши методы, а еще обладает собственными знаниями и навыками, не доступными нам. То, что он хладнокровно появился здесь, говорит о…
- Полной безнаказанности?
- Нет, Инна, - качнул головой муж. – Он готов к провалу, предполагает его и готов отразить. Он профи, лучший убийца и агент под прикрытием. Он так вжился в роль, что никто не заподозрил его.
- Внука Германа? – вскинул бровь Воронов. – Старик сам признал его.
- Со слов парня и его матери, - напомнил Сабуров. – Вызывай группу, Паша.
- Уже, Антон, - успокоил он его. – Я даже уже отдал приказ искать джип и телефон Домнина
- Он Домас!
- Инна, не кричи! – попросил он. – Не могу я в ориентировку по городу давать честную информацию. Все ищут Романа Домнина за похищение и изнасилование…
- Убери последнее! – приказал Сабуров.
- Антон? – вскочила на ноги его жена и подбежала к мужу. – Как ты можешь?
- Зачем пачкать дочь в такой грязи, Инна? – устало спросил он, прикрывая глаза. – Я видел, что он с ней сотворил здесь… пусть хоть остальные не знают, чтобы она не замкнулась в себе. Лучше добавь покушение на меня. Это более расстрельная статья. При задержании, сам знаешь, его лучше убирать.
- Мы сами сделаем, - заверил он. – Пусть полиция просто ищет. Я дам указание, всю информацию сразу передавать нам. Наш спецназ лучше подготовлен для борьбы с пришельцами. Мы знаем, как трудно их убить, поэтому не допустим прокола. Одной раны для него недостаточно.
- Когда вы вернете мою дочь? – спросила Инна Юрьевна тревожно.
- Мы можем ее вообще не увидеть, Инна, - произнес приговор муж, не дрогнув. – Орбан предусмотрел все. Не испытывай иллюзий, что он готов к провалу.
- Он же не может просто исчезнуть? – ее начал охватывать истерика. – Где-то он должен остановиться? Там будут люди…
- И что? – резонно спросил он. – Ублюдок притащил Вету в бессознательном состоянии мимо наших перечниц. Когда их опросят, уверен, история будет самая тривиальная и невинная, что не заподозришь подвоха. Да и утаскивал он ее в более интересном виде. И ничего! Никто не забил тревогу. Ну тащит мужик на себе девчонку. Она ж не кричит, не сопротивляется. Может, пьяная, может, устала. Он протащил ее два раза на глазах всех. Очнись, Инна. Боюсь, этот раунд за ним.
- Ты говоришь о нашей дочери, Антон! – со слезами закричала она. – Моей дочери! Ее изнасиловал пришелец и забрал, чтобы продолжать эту мерзость.
- Слава богу, что ты не видела это извращение, - крикнул ей в лицо Сабуров, - не слышала ее криков и не видела слез. Я был в паре шагов и был бесполезен. Он заранее позаботился, чтобы Вета была беззащитна, как и те женщины. Ублюдок!
- Кричала? – Инна пошатнулась и начала оседать на пол, но Воронов успел подхватить ее и усадить на диван. – Плакала?! Он … ее бил? Да? Изувечил?
- Ему не нужно было применять силу, Инна, - устало ответил он. – Она была под сильной дозой успокоительного и не могла сопротивляться. Что будет потом, не знаю. Он же не может всегда отключать ее.
- Антон?! – женщина просто побелела. – Замолчи! Я не хочу... не могу…
- Тогда не дума1!
- Как? – всхлипнула она. – Антон, а что мы скажем Николаю и Насте? Максу? Они будут спрашивать о Вете?