- Багажник…
- Ориентировку покажи! – предложил ему сумарунец. – Если нет, мы, пожалуй, поедем. Света, садись в машину.
Вета шагнула к своей дверце и, шипя, выдохнула воздух, когда натертости коснулись друг друга.
- Вам плохо? – сразу уцепился Субботин за ее недуг. – Скорую?..
- Не надо! – вскричала она, краснея прямо на глазах, заработав два подозрительных взгляда.
- Стоит…
- Не стоит! – твердо перебил Домас.
- Побои…
- Нет у меня никаких побоев! – зашипела Вета, разозлившись и испугавшись, что их никак не отпускают. – У меня есть одержимый и озабоченный мужик! Я такими темпами не доживу до двадцати пяти!
- Доживешь, детка, - хмыкнул сумарунец с характерным блеском в глазах. – Я проконтролирую и помогу прийти в себя. Давай в машину, - заботливо повторил он. – Нам пора.
- Вы никуда не поедите, - заявил Субботин, но безрезультатно: девушка послушалась мужа и устроилась на переднем сиденье, захлопнув за собой дверцу и пристегнувшись ремнем безопасности. Она тревожно смотрела на мужчин, веря, что Орбан вытащит их из неприятностей.
- Поедем, капитан, - внушительно поправил он, пригвождая взглядом к асфальту. Его серые глаза резко отрезвили, внушая осторожность и предупреждение. – Тебе не к чему докапываться, кроме дорогой машины.
- Слышь, ты…
- Угомонись, лейтенант, - дал ему мирный совет Домас и достал из заднего кармана красное удостоверение, демонстрируя его отработанным движением. Он видел, как сдулся патруль при названии его конторы. – Меня пощипать не удастся, и друзьям на дороге скажи, чтоб не цеплялись.
- Каким друзьям? – притих капитан.
- Сам знаешь, - повторил он уверенно. – Я действительно с женой еду в отпуск. Мне нет дела до твоего бизнеса. Тронете меня, я успею послать сигнал и бригада быстрого реагирования будет у тебя за спиной в рекордно короткие сроки. Интересует?
- Езжай, - буркнул он. – Тебя не тронут!
- Все же, - усмехнулся Домас и достал мобильный, набирая несуществующий номер, - Я оставлю для страховки сообщение другу. На всякий случай. Чтобы не хулиганили. Орбан сел в машину. И до слуха блюстителей порядка донесся его четкий голос, выговаривающий лаконичные фразы. Он будто начитывал отчет по делу, выдавая, что такой казенный сленг ему близок. Он вывернул руль, и джип выехал с заправки, пока сумарунец продолжал монолог. Он сыграл на отлично, ведь патруль остался на месте. Мужчина вставил мобильный в пазы, делая из него одним нажатием кнопки навигатор. Прямо во время движения он пристегнулся и поехал, уже не нарушая правил движения.
- Что это было?
- Местный рэкет, - невозмутимо ответил он. – Чаще развод на бабки, а иногда не только…
- Ты правда сообщил, куда следует?
- Нет, Вета, - покачал головой сумарунец. – Сейчас светиться нельзя. Да и эти двое нужнее на свободе. Вдруг помогут кому-нибудь уцелеть.
- Пусть будет так, - согласилась девушка негромко и снова поморщилась, пошевелившись на сиденье.
Краем глаза он заметил ее гримасу, отчетливо понимая ее истоки. Он задумчиво нахмурился: такими темпами с Ветой постоянно будут проблемы. Что-то придется делать, если он хочет каждую ночь иметь в постели женщину без всяких ограничений. Ладно, не слишком уверенно пришел он к решению, рискнет. Все равно к этому все шло.
- Сейчас остановимся, - пообещал он, вызывая недоуменный взгляд, - и посмотрим, что можно сделать с твоим недугом.
- Смирить свои аппетиты, - пробурчала Вета, сверкнув глазами, - сразу полегчает.
- Есть и другой способ, - развеселился Домас, - чтобы все исправить и продолжать в том же духе.
- И почему это меня не удивляет? – закатила она глаза.
- Ты неплохо изучила за короткий срок мужскую природу, детка, - хохотнул он.
Вета покраснела и отвернулась к собственному окну. Вдыхая бодрящий ночной воздух. Она уже успела подремать, вот сон и не шел, хотя за окном ничего толком рассмотреть было нельзя, так темные силуэты, ничего больше. Орбан повеселел, видя ее смущение, и вел джип в более хорошем настроении. Он отмотал почти тридцать километров, выезжая из зоны действия уплаты налогов. Уже знакомо он притормозил на обочине: