- Если исключить все несчастья, - осторожно произнесла Тсера, боясь бурной реакции на свои слова, - они не хотят возвращаться.
- Это чушь! – вскинула голову Камария. – Орбан так бы не поступил с нами!
- Он сбежал на «Энцелад», Камария, - увещевательно напомнил муж. – Сам! Никто его не заставлял.
- Орбан, - напомнила она, - был еще неугомонным подростком, ищущим приключений. Время меняет людей, и он мог измениться. Я не хочу верить, что он отвернулся от нас, вкусив вседозволенность этого мира. Он наш сын, Костель! Он не мог! Не мог!
- И Андрас не мог! – вступилась за него пожилая женщина. – Он был слишком взрослым, чтобы глупить уже тогда.
- Сейчас, - заговорила Тсера, - не считая детей, взрослым от тридцати до сорока с небольшим. Достаточно взрослые, чтобы исчезать без объяснений. Я не беру в расчет пожилых людей, могли смириться или даже умереть. Но остальные… что их удерживает от возвращения?
- Смерть? – негромко предположил Гуарил.
- Или, - напомнила Андрия, сообразив мысль Тсеры, и озвучивала ее, сглаживая мертвенно холодное предположение зятя, - их удерживает долг.
- Перед кем?! – вскинул руки муж, демонстрируя, что и ему не чужды нервы и переживания. – Все их близкие здесь, Андрия.
- Не все, - негромко напомнила она увещевательно. – Они все были молоды и одиноки, Лукаа. Ни один человек не способен прожить целую жизнь в одиночестве, а прошло уже пятнадцать лет.
- Андрия?! – ее имя прозвучало вопросом и предупреждением одновременно.
- Я знаю, Киззи, - мягко произнесла она, - ты не веришь землянам, считаешь их всех исчадиями ада…
- Так и есть!
- Случаются исключения из правил, - осторожно произнесла Мируна, которая сочувствовала подруге и родственнице, но промолчать не могла. – Просто ты не встретила, учитывая, с кем пришлось столкнуться.
- Хочешь сказать, - не поверила она, - наши люди просто остались с семьями, которые они создали с местными?
- Как вариант…
- Нет! – резко и быстро отринула эту мысль Киззи. – Категорически нет! Я могу еще допустить мысль об отношениях в горизонтальном положении, ведь с природой не поспоришь. Но это на уровне физиологии.
- Хорошо, - вмешался Лукаа, видя нервозность сестры, - оставим наши домыслы. Подождем возвращения и услышим отчет. Тогда будем принимать решения.
- Совершенно правильно, - поддержал его Костин, до сих пор молчавший, - Не стоит торопиться.
- Да уж, - поддержала его Мируна, с содроганием вспоминая первые бомбежки и нападения. Ей было не по себе, что их Вторжение повлекло за собой такие разрушения и уничтожение. Но эмоции одержала верх, когда всю правду обнародовали.
- Они заслужили, Мируна! – с горячностью выдала Киззи. – Они буквально разделали Геонгия, распотрошили его. И так поступили со всеми погибшими! Осквернили их!
- Не вспоминай, Киззи, - попросил Лукаа участливо. – Не надо. Это уже в прошлом. Живи дальше. Сейчас у тебя есть возможность устроить личную жизнь.
- Ты знаешь мои причины, Лукаа, - с горечью ответила она.
- Я не требую замужества, - успокоил он. – Просто устрой личную жизнь. Тебе сразу станет легче: мужчина поможет обрести себя.
- Я подумаю, - неохотно согласилась она, но не спешила менять свое мнение.
- Мы видели сплошной негатив и плохое отношение к себе со стороны землян, - заговорил Дамир холодно. – Мы едва ли не все стали свидетелями агрессии и геноцида: они убивали без разбора женщин и детей. Я видел! Мой пятилетний сын видел, Лукаа. Лучшие из нас погибли той ночью, спасая людей. Земляне вряд ли способны к благородству и порядочности даже к себе.
- Что ты предлагаешь?
- Мы обязаны закончить начатое, Лукаа, - произнес он твердо. – Нужны отряды разведки и, если надо, зачистки на той стороне. Нельзя допустить, чтобы земляне смогли перегруппироваться, найти лидера и ударить в ответ.
- Чтобы это сделать, - произнес владыка, - нужно прекращать основные боевые действия. Посылать своих же людей под собственный огонь безумие.
- Согласен, - произнес Орбан, - но это нужно сделать, иначе сами не заметим, как появится сопротивление.
- Сейчас, - произнес Лукаа, - мы готовим первые группы. Нам тоже нужно время для подготовки и обучения. У нас еще нет людей, досконально знающих поведение и язык землян.