— Вряд ли у нас получится быть вместе, — сказала Валерия. — Я видела в тебе защиту и опору. Ты обманул мои ожидания, Николай.
— Давай без пафоса. Я сделаю то, что ты хочешь. И хватит об этом. Точка.
— Коля! — Она схватила его за руки. — Я знала, знала, что ты не бросишь меня в беде!
— Ладно тебе. Не хочу говорить на эту тему.
Валерия, не выпуская его руки из своих, завела в гостиную и принялась раздевать.
— Это совсем не обязательно, — пробормотал Самурай, в котором стремительно нарастало новое желание.
— Я же обещала, что буду выполнять любые твои желания, — сказала Валерия, сбрасывая халат и опускаясь на колени. — Завтра же обращусь к юристу и поручу ему составить договор.
— Какой договор?
— Как какой? О нашем партнерстве. Я хочу, чтобы все было оформлено должным образом. Ты заслуживаешь этого. Половина моего бизнеса — твоя.
— Да не надо этого! — поморщился Самурай.
— Надо! — с чувством произнесла Валерия. — Ты заслужил.
Она опустила голову, и ему стало не до возражений. Вечером и на следующий день он вспоминал об этом обещании и собирался отговорить ее, но всякий раз передумывал. Ему было хорошо с Валерией. Ее словно подменили. Она стала очень веселой, оживленной и внимательной. Старалась угодить ему во всем, вкусно кормила, а в постели была изобретательной и неутомимой.
По вечерам, когда Самурай возвращался с «охоты», она нетерпеливо расспрашивала его о всех подробностях и тонкостях слежки за Ранетовым. Причем он видел, что ей действительно интересно. Когда Самурай сообщил ей, что у мэра есть любовница, к которой он наведывается с завидной регулярностью, она засмеялась и захлопала в ладоши, как девчонка.
— Ты там его… возьмешь, да? У этой Симоны?
— Тише ты! — недовольно прикрикнул Самурай.
— Никто не услышит! — Валерия возбужденно расхохоталась. — Мы одни здесь. И этот дом теперь наполовину твой, Коля. Как и клуб.
— Давно хотел поговорить с тобой об этом, — сказал он, усаживаясь на диван. — Не надо всего этого, Валерия. Я не за деньги.
— Я тоже. — Помолчав, она села рядом и доверчиво прижалась к нему. — Коля…
— Что? — спросил Самурай.
— Я хочу сделать тебе предложение.
— Какое? — удивился он.
— Возьми меня в жены, — произнесла Валерия. — Лучше пары тебе не найти. Рано или поздно каждый мужчина должен жениться и обзавестись семьей, иначе его ждет одиночество, уныние и смерть.
— Всех ждет смерть, — пробормотал Самурай, не зная, как реагировать на неожиданное предложение.
— Смотря какая.
В ее словах была немалая доля истины. Он погладил ее по волосам.
— Не думаю, что твоя мама будет рада.
— Я большая девочка, — заявила Валерия, — и принимаю решения самостоятельно.
— Есть еще одна девочка, — напомнил Самурай. — Маленькая.
— Вика тебя примет. Она уже начала к тебе привыкать, я же вижу.
Он улыбнулся.
— Ты уверена, Валерия?
Она улыбнулась ему в ответ, открыто, с сияющими глазами:
— Да. Теперь ты скажи «да».
Самурай никогда не подозревал, что может быть так трудно произнести одно короткое, односложное слово.
— Да, — сказал он.
Валерия радостно засмеялась и бросилась ему на шею.
Интересно, кто-нибудь когда-нибудь еще обнимал профессионального киллера столь самозабвенно?
Глава двадцать шестая
Желания и возможности
До девятого класса Саша Ранетов ни разу не участвовал в настоящих потасовках. Он рос незаметным мальчиком. Старался не выделяться, чтобы не вызывать ни в ком зависти или духа соперничества. Его тактика состояла тогда в том, чтобы приспосабливаться и нравиться сверстникам, а силу применять лишь по отношению к младшим. И в том, и в другом Ранетов преуспевал. И такая политика позволяла ему долгое время уклоняться от выяснения отношений с помощью кулаков. Но однажды подраться все же пришлось.
Это произошло первого сентября, сразу после торжественной линейки. Ранетов перешел в десятый класс. Он был рослым мальчиком, с хорошими зубами, волосатыми ногами, пробивающимися усами и ломающимся баском.
Еще до летних каникул он имел неосторожность повздорить с тщедушным шестиклассником. Фамилия его была Самохин, ему не понравилось, что Ранетов послал на три буквы его одноклассницу Милу Борисову, он вступился, нарвался на неприятности и схлопотал по шее. Проблема пацана состояла в том, что показательную трепку он получил на глазах той самой Милы, в которую был тайно влюблен. Проблема Ранетова заключалась в том, что шестиклассник Самохин стал семиклассником и посвятил минувшее лето занятиям в секции бокса, отрабатывая там хуки, свинги и прочие приемчики, позволяющие отправлять противника в нокдаун или даже в нокаут.