– Может тогда не рисковать, и придержать собак? – Предложил Шелепин, и сапер обернулся, заметив его.
– Добрый вечер, понятий не имею, – ответил сапер и после паузы заявил – это вопрос к сыщикам, а не ко мне. Одно дело их собаки, другое дело наши. Они обученные на запах, и возможно, запах колбасы только поможет нам выявить, и избежать мины.
Я упустила из виду, что саперы могут иметь своих псов. Но, судя по тому что сказал мужчина, это ничего не меняло.
Что же, думала я, кажется моя хитрость удалась. В любом случае, если что-то пойдет не так, я использую любую возможность в открытом лесу ускользнуть от группы сыщиков.
****
Двойственность моего положения заключалась в том, что мне протягивали руку помощи, в тот момент, когда я готовила побег из тюрьмы. Я не знала где искать вражеского шпиона и много врала моим благодетелям, цинично поступивших со мной. Шелепин и кое-кто из гэбистов мигом переобулись, как только оценили мою важность в их новой операции, не глядя на то, что успели уже меня как изношенные трусы запихнуть в сливной бочонок.
До сих пор я дивлюсь тому, как старуха-Шпик умела управлять людьми, внедрятся в партийные сообщества, и плести интриги, с такой масштабностью дела, что влияние ее простиралось даже до верхушки комитета. Но мне было многое понятно из того, в чем я неплохо разобралась в этом отношении: далеко не все мы безупречны, и что любой, хотя и не каждый, комитетчик рано или поздно идет на компромиссную сделку с необходимой подлостью в зависимости от факторов влияния на него. Потому то, я по правилу всегда сомневалась в моих изменчивых друзьях, и готова была в любую минуту перестраховать себя.
****
Мы в составе мужской группы из семи человек: саперов, сыщиков и одного мускулистого надзирателя, приставленного специально ко мне, к утру приехали к опушки Красногвардейского леса. Мы ехали четыре часа, с трех ночи до семи утра. Наша машина застряла в пастбище, сквозь которое мы ехали, чтоб сократить значительную часть пути. Наш шафер решился на риск и наткнулся на грязевые воды. Полтора часа мы на пустынном поле провозились, чтоб в конце концов высвободить колеса из вязкого блато. Спустя получаса прибытия в лес, я отыскала «Добрую леди», где Леонтий запрятал для меня ориентиры, и вскоре мы подходили уже к месту, из которого должно состояться мое бегство. Надзиратель не спускал с меня глаз и я боялся, что он будет первым кто раскусит все мои коварные козни.
Я смотрела на клочок бумаги с кодовыми показаниями и картой ориентира, и считала шаги от заброшенной охотничьей бухты, в то время, пока группа сыщиков, включая двух собак, послушно следовали за мной. И было понятно что до всех них донесли приказ Шелепина, руководствоваться моими оперативно розыскными действиями.
Когда я обернулась и заметила, как псина сапера сбилась с пути, и потянула за собой хозяина, я гневно окликнула мужчину:
– Куда ты попер? Хочешь стать одноногим ветераном войны?
– Видимо уже запахло колбасной приправой – кто-то ответил.
– Лунтик, иди сюда - приказал мужчина и потянув собаку за собой поравнялся в строй.
– Я же сказала. Неосторожный шаг, и вы наделаете много шума – повторила я для всех.
– Все может быть гораздо трагичней для тех кто это сделает – отозвался высокий мужчина в бакенбардах, одетый в пальто, стегнутое вязанными манжетами.
– Возможно, но все произойдет так быстро, что потом им будет все равно, зато мины привлекут внимание наших противников, – ответила я.
Я подсчитала еще десять шагов и остановилась. Затем повернулась к группе, и мы с надзирателем чуть не врезались лбами. Он так плотно подступил ко мне, и так навязчиво впился в меня взглядом, что я почувствовала, что этот парень в любое мгновение мог схватить меня.
– Итак, – сказала я – кажется, теперь мы в зоне повышенного риска. Здесь могут быть мины. Я точно знаю, нам надо отступить восемь шагов назад и десять в лево.
Все почти одновременно повернулись назад и двинулись по прямой, подсчитывая шаги. Я оказалась позади всех и старалась найти нужный мне предмет. Когда он попался мне на глаза, замаскированный в кроне листьев осины, я приказала всем стоять. Потом я прокралась к дереву и подозвала всех к себе.
– Господа, это самое безопасная зона. Я его проверяла. Идем гуськом внимательно друг за другом, и не спотыкаемся, – говорила я и команда послушно пробиралась ко мне.
Мой караульный обогнал всех и стал первым в ряду. Меня этот тип очень раздражал, и я хотела его проучить.
– О, кажется медведь к нам бежит – ткнула я пальцем им за спины, и все обернулись.
Я дернула спусковой механизм, и вся группа с псами угодила в ров. Почва в яме оказалась рыхлая и только один сапер подвернул себе ладошку. Он сидел на земле, ругался и растирал себе ногу.