Фоукс зачирикал, нервно расхаживая на своем насесте. Создавалось полное впечатление, что птица оправдывается, разводя крыльями – дескать, все для общего блага, не для себя! Альбус с изумлением уставился на феникса, а Салазар оскалился:
– Общее благо, говоришь? Ну что ж, сделаем следующее…
Глава 39
Ученики, спешащие по своим делам, провожали Основателя, стремительно проходящего по коридорам, изумленными взглядами: под мышкой у мага, словно курица, купленная на базаре, был небрежно зажат Фоукс, смотрящий на проносящиеся мимо стены самым печальным взглядом.
Слизерин ностальгически вздыхал: у него с этими коридорами и всем остальным были связаны самые разнообразные воспоминания. Наконец, дойдя до нужной двери, Салазар остановился и, перехватив птицу поудобнее, постучался. Через пару секунд дверь распахнулась и Снейп с огромным удивлением уставился на стоящего на пороге мага. Но, все-таки декан факультета Слизерин был взрослым и битым жизнью магом, он позволил себе только пару секунд растерянности и взял себя в руки.
– Милорд, добро пожаловать. Прошу, – Северус посторонился, давая войти магу и захлопывая дверь. Слизерин огляделся и слегка нахмурился: в покоях, несмотря на горящий камин, было холодно – щиты Хогвартса и сцепленная с ними система жизнеобеспечения пострадали от произвола Дамблдора очень сильно. Ничего, это он исправит.
Маг небрежно швырнул понурого феникса на стол и присел в кресло, рассматривая стоящего навытяжку Снейпа.
– Присаживайтесь.
Проследив, как Северус устраивается в кресле, Салазар посмотрел на Фоукса тяжелым взглядом, от которого тот скукожился еще сильнее, и повернулся к Снейпу:
– Лорд Принц… я знаю, что Вы являетесь зельеваром, Мастером Зелий, если точнее, причем, очень хорошим…
Снейп польщенно наклонил голову, чувствуя, что у него порозовели скулы. Салазар продолжил:
– Как Вы видите, я принес феникса. Почему… когда-то давно, его спасла Хельга и поселила здесь, в Замке, с нашего общего разрешения. Так как феникс является магическим существом, причем разумным, был заключен Договор, – Фоукс отвернулся, дико изумив Снейпа. Салазар продолжил, презрительно глядя на птицу:
– Согласно этого Договора, мы предоставили Фоуксу место для проживания, территорию, в которой он нуждался. Взамен, в качестве арендной платы, так сказать, Фоукс должен был поставлять следующие ингредиенты: слезы – один флакон объёмом в треть пинты* раз в полгода, а также, перья, десять штук, в течении года и прах феникса – раз в цикл возрождения, все, что осталось после воскрешения, излишки, оставшиеся после перерождения.
Пока я находился в Хогвартсе, он исправно исполнял свои обязанности, впрочем, он исправно исполнял их пять веков, пока были живы потомки моего Рода, следящие за исполнением договора… – Снейп с потрясением слушал рассказ Основателя, поглядывая на смущенную птицу, – однако, как только мой Род прервался, – голос Салазара заледенел, – тут же начались перебои в поставке всего требуемого, а с течением времени, так и вовсе, все прекратилось. И, что самое интересное, вернувшись в Хогвартс, что я вижу? Наш бессмертный приживал превратился в фамильяра! Хотя, согласно его природе, такое попросту невозможно!
– То есть? – ошеломленно поинтересовался Снейп.
– То есть, фениксы НИКОГДА не становятся фамильярами. НИ-КО-ГДА! Вы когда-нибудь читали о том, что у волшебника фамильяр – Феникс?
Снейп задумался. Он был очень начитанным и эрудированным магом, причем, в самых различных областях: запас карман не тянет, а что пригодится в жизни, никогда заранее не скажешь. Северус стал вспоминать, что сказано о фамильярах в тех книгах, что доводилось читать. Про магических созданий говорилось мало: там была масса ограничений, исключений, типичных примеров и всего прочего. О фениксах никто ничего не упоминал.