— Ложись спать, Антонио. Я постою вахту. Мне всё равно не заснуть, — Хуан пристально смотрел на метиса, силясь рассмотреть его лицо. В темноте ничего не увидел и махнул мысленно рукой.
Матрос без возражений ушёл в каютку, где была узкая койка с жёстким тюфяком и одеялом. Море холодило. Лёгкий туман наплывал с востока.
Под утро Хуану стоило немалых усилий, чтобы не заснуть. Лишь на востоке засерело небо, он разбудил Антонио. Тот вскочил мгновенно.
— Хватит спать! Твоё время настало. И не вздумай дурить, парень! Держи правильный курс и разбуди меня, если что заметишь. К полудню обед приготовь. Жрать охота, но сейчас только спать. Гляди, берег рядом. Я в темноте не смог его заметить. И мили не будет.
Метис молча кивнул, ополоснул лицо забортной водой и занял место на румпеле. Лёгкий бриз с берега гнал лодку всё дальше. А на фоне быстро разгорающейся зари неясно вырисовывался далёкий силуэт светлых парусов. Судно шло на север. Хуан с тоской проводил его глазами и скрылся в каютке. Осмотрел дверь, запер её засовом и, уложив оружие поблизости, лёг.
— Сеньор, — заметил метис, приближаясь к Пернамбуку, — я подумал, что вам не следовало бы появляться в городе.
— С чего бы это? Меня никто не знает там. И долго я не собираюсь сидеть в этом городе.
— Вас легко будет найти, сеньор. Испанцев здесь мало и вы будете на виду.
— Так что ты хочешь от меня?
— Лучше зайти в Олинду. Там остановитесь и будете ждать попутного корабля. До Пернамбуку совсем недалеко. За час легко доехать на муле.
Хуан долго думал. Мало что мог сам придумать, и вынужден был признать правоту Антонио.
— Согласен. Тогда ты поможешь мне устроиться, чтоб мне сильно не выделяться. Особенно в таком крохотном селении, как эта Олинда.
— Это легко, сеньор. Я готов. А с лодкой что? И грузом? Дон Луиш не успел всё загрузить, но и то, что есть, хорошо бы продать.
— Ты займёшься этим после того, как я исчезну отсюда, — жёстко приказал Хуан и многозначительно глянул на метиса.
— Это может случиться не очень скоро, сеньор, — ответил Антонио в замешательстве. — Так и товар весь пропадёт.
— А где уверенность, что ты не приведёшь стражников? Я не хочу рисковать так, приятель. Потерпишь немного. Здесь попробуй сбыть товар.
Антонио недовольно нахмурился, просить больше не стал.
Олинда оказалась селением раза в два меньше Параибы и затеряться тут возможности не было. И Хуан заподозрил Антонио в предательстве.
В бухту вошли в сумерках, Хуан настоял на этом.
— Я отведу вас в один дом, сеньор. Там вы будете жить пока.
Хуану ничего не оставалось, как принять это. С неудовольствием ощутил полную зависимость от этого метиса. А что он замыслил? Можно ожидать всего. Внутри Хуан чувствовал жгут нервов, сжавшихся в крепкий кулак, готовый в любой момент ударить.
Внутренний голос показывал, что так долго продолжаться не может. И Хуан заволновался, испугался. Пришлось призвать себя к спокойствию, поразмыслить Скоро понял, что можно сделать. И сразу настроение улучшилось.
Почти на окраине селения они поселились в хижине такого же метиса, как и Антонио. Звали его Элой Беспалый. Пальцев на его правой руке было только два: большой и мизинец.
— Спать будем в сарайчике, сеньор. Не возражаете? — Антонио извиняюще смотрел на Хуана.
— Это даже лучше. Меньше духоты и вшей с блохами. Этот Элой надёжный человек?
— Вполне, сеньор. Особенно после серебра.
— Согласен. Вот возьми и передай ему, — Хуан протянул. серебряную монету. Пусть хоть чем-нибудь покормит на ночь.
— Само собой, сеньор, — бодро ответил Антонио и удалился в хибарку Элоя.
При свете фонаря, основательно подкрепившись, Хуан проговорил будто безразлично, но достаточно решительно:
— Ты, Антонио, не возражаешь, коль я тебе помогу заснуть покрепче? Это на много укрепит тебя для завтрашнего дела.
Метис с недоумением уставился на Хуана:
— Я и сам крепко сплю, сеньор. Мне не нужна тут никакая помощь.
— Тут нет ничего страшного, парень. Я же лекарь, ты знаешь? Ты только не сопротивляйся. И сны у тебя будут отменными. Уверяю. Согласен?
— Если это не страшно, то… сеньор… пусть будет по-вашему. Только никак не пойму, зачем это вам надо. Ну да что ж, ваша воля.
Антонио долго не поддавался. Хуан понимал, что тот нервничает, сопротивляется, и это было понятно. И всё же Антонио подчинился внушению и заснул.
Хуан долго выспрашивал его про тайные думы и одно лишь узнал, что он лелеет надежду на женитьбу на какой-то Фаустине, отец которой требует денег, которых у него слишком мало. И это омрачает ему жизнь. Ничего дурного выведать больше не удалось. Антонио только боялся и больше ничего.