— Поворачивай! Ещё немного — и они нас достанут своими стрелами! Они могут быть отравлены!
Хуан и сам это видел. Он повернул румпель до отказа, Хорхе перетянул парус и, пригнувшись под прикрытие бортов, они стали удаляться, слыша, как три стрелы с глухим стуком пронзили доски шлюпки.
— Что-то мы беспечными оказались, — с досадой ругнулся Хорхе. — Как ещё в лапы к ним не попали? Видно, лодок у них здесь нет.
— Наверное, охотничий отряд, — сделал предположение Хуан. — Или военный. Видал, как раскрашены морды? Жуть!
— Вдруг людоеды! Теперь с опаской надо приставать на берег.
Хуан согласился с Хорхе и приставать сегодня не стали. При пылающем закате далеко на севере Хуан заметил тёмную полоску земли.
— Не исключено, что та земля и есть наш остров, — указал рукой Хуан.
Хорхе встал на банку, держась за мачту. Долго всматривался в эту полосу. Сел, долго молчал и всё же молвил неуверенно:
— Может, и нет. Просто островок, каких много здесь.
— Может быть. И всё ж я думаю, что мы у Тринидада. Утром определим, если нас не снесёт на рифы. Течение здесь заметное. Подбери парус, возьми на гитовы. Впереди ночь и не стоит рисковать, когда мы почти у цели.
Шлюпка медленно двигалась на север. Это легко было определить по Полярной звезде, что светила низко над горизонтом.
— Поедим, и я посплю, Хорхе. Ты стоишь вахту до полуночи. Потом я.
Хорхе молча кивнул и тут же принялся раскладывать последние остатки пищи, состоящие из пригоршни зёрен маиса и одного сухаря. Как добавка, осталась уже припахивающая рыба меньше фута длиной.
— Это всё, что у нас есть, — с тоской в голосе проговорил Хорхе.
— Этого хватит, чтобы прожить ещё три недели, — отозвался Хуан.
— Без еды? Протянем ноги уже на третий день! Ты спятил? Без еды!
— Если б у тебя хоть что-нибудь было за душой, Хорхе, я бы с тобой поспорил, что свободно приживу неделю без еды. И даже больше, коль потребуется. А поскольку ничего ты мне предложить не можешь, то и спора не будет.
— Шутить! Такого быть не может.
— Причём, ни крошки в рот. Понял?
— Понять-то понял, а веры нет, Хуан! Всё ты выдумываешь.
— Что с тобой спорить? Тупой ты человек. Хорхе!
Хуан устроился на дне лодки, на подстилке из листьев и травы, покрытых драным парусом.
В полночь Хорхе поднял Хуана.
— Больше не могу, Хуан! Боюсь заснуть и потерять направление. Принимай вахту, а я на твоё место.
— Землю видел? Луна-то ещё светит.
— Плохо светит. Земли нигде не видно. На рассвете сможешь узретъ её.
С рассветом ветер почти совсем стих. Шлюпка двигалась только течением. И впереди, не дальше полуторы мили, чернела земля.
Хуан растянул парус, лодка слегка пошла вперёд, и можно было управлять ею. Он направился к видневшемуся заливчику, огороженному с запада мысом с грядой невысоких скал, в расщелинах которых высились тощие пальмы.
Час спустя при восходящем солнце, Хуан вошёл в бухточку и убрал парус, выбросив за борт якорь. Осмотрел пустынный берег. Он тянулся в обе стороны, и конца его не было видно. Он был уверен, что достиг Тринидада.
С расстояния в сотню саженей он продолжал внимательно всматриваться в зелёные куши леса, ожидая появления индейцев. И они появились. Вышли к самой воде и столпились там, не потрясали оружием, а с интересом рассматривая одинокую шлюпку, слегка покачивающуюся на лёгкой волне.
— Хорхе! — позвал Хуан тихо. — Поднимайся! К нам пришли гости.
Испанец вскочил, выглянул и побледнел.
— Что ж мы стоим на месте? Поднимай якорь!
— Погоди. Они что-то хотят от нас. Их не так много. Да и добраться до нас без лодки не так-то легко. Подождём малость. Попробую попытать их об испанских поселениях.
Один индеец вошёл в воду по колена и на отвратительном испанском прокричал на вопрос Хуана:
— День плавать! — и махнул рукой на север, где тянулась низкая гряда, покрытая густым низкорослым лесом с выходом горных пород чёрно-синих оттенков. — Кругом ходи! — И опять указал рукой.
— Еды можно у вас найти? Сильно оголодали! Есть хотим!
Индеец не ответил, вышел к своим и долго говорил с ними, оживлённо жестикулируя и крича. Наконец один молодой дикарь побежал вдоль берега и с быстротой антилопы скрылся среди зелени. А индеец опять вошёл в воду уже по грудь и прокричал:
— Еда есть! Быстро быть! Человек несёт!
Хуан поблагодарил, обернулся к товарищу.
— Можно надеяться на завтрак, друг мой Хорхе! Если не обдурят.
— Обдурят! — убеждённо ответил испанец. — Приведут воинов и нападут!
— Коль ты так думаешь, то всё приготовь для бегства. Так, чтобы быстро можно было поднять якорь и парус.