— Что тут такого, Хуан? — возмутилась Томаса, выведя того из охватившего его волнения. — Я посмотрела на здешних сеньорит и поняла, что мы с Мирой ничуть не хуже, а даже наоборот! Верно ведь? — и она наклонилась, чтобы лучше видеть в темноте лицо подруги.
— Я могу это подтвердить, и с большой охотой, — за Миру ответил Хуан. — Вы не имели конкуренток на этом вечере. Особенно Мира!
Он намеренно так сказал. Хотелось немного охладить ретивость Томасы. И это ему удалось. Томаса больше не пыталась говорить, а Хуан осторожно продвигал руку всё выше, пока его вспотевшая ладонь не коснулась упругой небольшой груди Миры.
Почувствовал, как девушка слегка вздрогнула, ничего не сказала, лишь непроизвольно подалась ближе. Но рука Хуана замерла, так и не ощутив прелесть трепещущей плоти. И на этот раз смелости у него не хватило.
Мира дышала учащённо, её горячее тело всё сильнее прижималось к его телу. Он понимал, что поступает глупо, возможно даже обидел девушку, разрушил её нетерпеливое ожидание, но ничего не мог с собой поделать.
Коляска поравнялась с домом, и Хуан с облегчением вздохнул, поняв, что избавлен от объяснений, хотя Мира ничего такого потребовать не должна была.
Он чувствовал смущение, злость на себя и боялся взглянуть Мире в глаза. Она же нежно поцеловала его в губы, тихо проворковав:
— Спокойной ночи, милый Хуанито! Было необыкновенно хорошо, весело, и я ни за что не забуду этой ночи! — она ещё раз чмокнула его в щёку и ушла за Томасой в комнату.
— Он так ничего и не сделал? — любопытным шёпотом спросила Томаса, как только Мира вошла и прикрыла дверь.
Мира покачала головой. Противоречивые чувства бушевали в её теле и голове. Разобраться в них сейчас она не в состоянии, только сказала тихо и с некоторой гордостью:
— Он всё ещё стесняется! Никак не может преодолеть чувство нерешительности. Он бережёт меня, Томаса! И я горжусь им!
Томаса вздохнула. Помолчала и заметила:
— Ты сама в таком случае должна была подтолкнуть его. Этак он и потом не осмелится тебя взять.
— Что за страшные глупости ты говоришь? Он этого никогда не сделает, пока мы не обвенчаемся. И я этого не хочу!
— Ври, ври больше! Будто я не вижу, как ты жаждешь его! Так и пылаешь неугасимым огнём страсти! Притвора!
Мира не ответила. Было обидно такое слушать, но в душе должна была признать, что Томаса права. Вспоминая, она поняла, что давно готова была отдаться Хуану, если тот сделает хоть малую попытку. И опять противоречивые чувства охватили девушку.
Хуан тоже мучился подобными вопросами и никак не мог заснуть.
С этого вечера девушки потребовали всегда брать их с собой на те деловые встречи, что получались у Хуана.
— Какого чёрта? Что вам там делать, стрекозы? Никакого интереса там для вас нет! Сами гуляйте и не мешайте мне вести переговоры.
— Ты ведь не всегда посещаешь конторы, — говорила Томаса просительно. — Дома́ тоже ты посещаешь! Вот туда мы и хотели бы с тобой. Так мы ближе познакомимся с людьми… Ну что тебе стоит! Договорились? Мира, скажи ему!
— Хорошо, хорошо! Уговорили! Иногда буду брать вас с собой. Поскучаете, тогда не вините меня.
И уже почти неделю девушки сопровождали Хуана в его визитах по разным купеческим домам.
Томаса только и знала, что знакомилась с мужчинами, почти избегая сеньорит. Мира неожиданно заинтересовалась делами, которые обсуждал Хуан.
— Мира, рыбка моя! Меня засмеют мои коллеги, если ты будешь даже просто слушать, а не то, что вникать в те дела, которыми мы занимаемся!
— Думаешь, вы там такие умные все? Ничуть! Если хочешь, то я могу даже дать дельный совет кой-кому. Например, тебе, Хуанито!
— О чём ты говоришь, Мира! Помилуй! Не вздумай так брякнуть при людях.
— Погоди, милый! Позавчера ты почти договорился о поставке на Пуэрто-Рико зёрен какао. И не учёл усушки их. И потеряешь на этом по семь мараведи на фунте. А сколько ты собрался арроб взять? Шесть тысяч? Так посчитай, во что тебе это обойдётся убытками!
— Не шесть, а всего две тысячи, — буркнул Хуан, а сам уже в уме подсчитывал убыток.
— Можешь не считать, мой Хуан! Это обойдётся тебе в кругленькую сумму. — И она назвала её.
Хуан со смешанным чувством ревности и удивления смотрел на Миру. Она вроде бы и не обращала на это внимания, но внутренне посмеивалась и удовлетворённо молчала.