— Боже! Мы погибли! — Фауро вопил, вздымая руки к небу.
Он бросился к другому борту в шлюпку капитана. Она уже отходила. Фауро прыгнул, но не долетел полфута и руками уцепился за борт. Шлюпка накренилась, изрядно перегруженная и, получив чем-то твёрдым по пальцам, Фауро опять оказался в воде. Он отчаянно махал руками, а шлюпка, потеряв матроса, спешно удалялась под прикрытием корпуса корабля, принимавшего на себя удары волн бурунов.
С трудом Фауро и матрос, который едва умел плавать, взобрались обратно на палубу.
— Проклятые! Отбили мне пальцы! — Фауро не мог сдержать ярость. — Сволочи!
— Хватит орать, Фауро! Посмотрим, что мы имеем! Альваро, бочки пустые можно добыть? Доски, брусья! Всё тащить сюда! И побыстрее! Мира, Томаса! Не стойте столбами! Вы тоже можете помочь! Хватайте всё, что может плавать!
Боцман с матросом помчались к люку и в темноте скрылись в его чёрной пасти.
Девушки с ужасом на лицах, робко принялись за работу. Палуба накренилась, двигаться было опасно и это затрудняло работу. Появились три бочки разного объёма. Их уже опорожнили, но что-то ещё болталось внутри.
— Пробки хорошенько забить! — прокричал боцман. — Тащи канаты! Брусья!
Кучуро принёс два топора и пилу. Работа закипела. А судно помаленьку, но неуклонно разваливалось. Корма высоко задралась, нос уходил под воду. Б посеревшем свете наступающего утра все углядели далеко на севере шлюпку и чёрные очертания острова. Шлюпка шла к нему.
— Братцы! — завопил боцман с надеждой в голосе. — Ещё не всё потеряно! Остров не далее трёх миль от нас! Можно добраться до него и на плоту. А там капитан шлюпку пришлёт!
— Пока он её пришлёт, мы наполним желудки рыбам, — мрачно отозвался спасшийся матрос. — Судно продолжает погружаться.
— Оно вполне может и час продержаться, — отозвался Хуан. — Риф, по-видимому, проник в трюм и удерживает судно. Но надо торопиться! Девки, тащи канаты!
Краем глаза Хуан наблюдал за девушками. В рассветных сумерках они с угрозой для жизни старались выполнять все приказы мужчин. Их платья уже пестрели рваными полосками, стали грязными. Волосы растрёпаны, мешали им. Но они трудились, зная, что и от их стараний зависит их жизнь.
Зимой солнце всходило медленно. Шлюпка уже не виднелась в светлом тумане, почти прозрачном, сглаживающем чёткие очертания далёкого острова и облаков, плывущих в чистом нежарком небе.
— Долго ещё нам работать? — спросил Фауро, явно боясь трещавшего корпуса судна. Он больше поглядывал на скособоченную палубу, ходить по которой было весьма опасно. — Судно вот-вот потонет!
— Работай, парень! — грубо окликнул того боцман, продолжая споро работать руками, связывая бруски. — Нечего смотреть по сторонам! Никто тебе на помощь здесь не придёт!
— Мира! Придержи бочку! Надо укрепить её получше. Плыть далеко, а потеряв её, мы рискуем потонуть! — Хуан кивком головы указал, что делать. — Держи крепче!
Солнце уже поднялось, когда судно рухнуло вниз, обдав людей хлынувшей водой. Девушки завизжали. Фауро завопил, а боцман, отчаянно ругаясь, шарил вокруг себя, потеряв молоток.
Судно опустилось фута на три и замерло, слегка сотрясаясь под напором волн. Нос до фок-мачты ушёл под воду. Оттуда торчали зубья кораллового рифа в тёмных космах морской травы. Корма задралась, и Хуан с ужасом увидел барахтающуюся в воде Миру.
Она молча пыталась взобраться на скользкую палубу. Это ей не удавалось. Тяжёлое платье тянуло её назад.
— Держись! — заорал Хуан и тотчас оказался у края воды, едва удерживаясь на палубе. — Хватай доску! Держи крепче!
Подоспел спасённый матрос, и они общими усилиями помогли девушке выбраться на палубу.
Хуан грубо оттащил её за руки подальше от воды и, тяжело дыша, опустился рядом с сильно уставшей Мирой.
— Почему не кричала, глупая? — Хуан едва сдерживал рвущиеся наружу ругательства. — Теперь лежи и отдохни. Смотри, снова не свались вниз!
Он дал ей в руки конец, привязав его к обломку мачты.
— Держи на всякий случай. Я пошёл работать. Отдохнёшь и присоединяйся!
— Хуан, оставь покое Миру! — попробовала возразить Томаса. — Она и так испугалась и устала!
— Иди ищи провиант на корме, — огрызнулся Хуан. — И больше не говори ничего про усталость! Можешь отдохнуть на дне моря, коль есть охота! А нам нужно работать! Выполняй задание!
Корпус качнулся ещё раз. На этот раз значительно слабей. Но мачта рухнула на борт, а ванты хлестнули боцмана по лицу и шее. Он свалился и тихо стонал, сползая вниз.