— Так должно и быть, дон Хуан. Вначале всё же следует дойти до берега.
Начались сумерки. Кучуро поймал три рыбёшки, и это была единственная еда за весь день. Хуан опять отказался от пищи в пользу Миры.
— Хуанито, мне так жалко тебя! — Мира смотрела на него умильными глазами, в которых уже мелькали голодные огоньки. — Разве можно столько не есть?
— Можно, моя рыбка! В Индии я много об этом узнал. И пользовался голодом, как лечением. Поверь мне, это мне будет только на пользу. И голодать необходимо абсолютно. Или вовсе не голодать. Так что ещё с неделю я вполне могу обойтись без пищи. Ты не переживай за меня. Тебе ещё понадобятся силы. Нас ожидают большие трудности.
Мира тяжко вздыхала. Она прислонила голову к плечу Хуана, и так они сидели, мечтая о том времени, когда окажутся дома, в привычной обстановке.
Ночь накрыла море и Хуан, уставший от бессонной прошлой ночи, свалился возле Миры. Она положила его голову себе на бедро и осторожно гладила его волосы, подсчитывала время до дня святого Матвея. Оказалось, что всего шесть дней!
Некоторое сожаление охватило девушку. Вспомнила, что после этого дня они с Хуаном должны были обвенчаться. И теперь всё это откладывалось на неопределённое время.
Она посмотрела на Хуана, крепко спящего. Неожиданно волна желания протекла по телу и захлестнула сердце и голову. Волнение взбудоражило воображение.
Почувствовала, как краснеет, и обрадовалась, что её не могут рассмотреть. И это позволило ей продолжить свои греховные мысли, всё же стыдливо поглядывая по сторонам.
У рулевого весла тихо переговаривались капитан и боцман, о чём-то спорили, а Мира всё никак не отгоняла будоражащие воображение мысли, думы и мечтания. Вдруг захотелось поделиться ими с Томасой. Не решилась, посчитав, что не время. Да и обстановка слишком тревожная, чтобы предаваться этим глупостям, когда плот может в любую минуту затонуть, рассыпаться или перевернуться.
Так в тишине прошло несколько часов. Мира уже сама спала, привалившись к мачте спиной и опустив голову на грудь.
Во сне она сидела за уставленным яствами столом и никак не могла дотянуться до куска пирога, так аппетитно красовавшегося на середине. То бабушка била по руке, то Томаса быстрее хватала его, и хохоча, уплетала, отчаянно двигая челюстями. А потом и вовсе рука не могла подняться, будто замлевшая, безвольная.
Она проснулась. Всё тело застыло, задубело от холода. Хуан лежал рядом. Оглянувшись, Мира решила, что кто-то переложил его и уложил саму, подстелив под голову кафтан Хуана.
А поскольку Хуан спал без этого, она подумала, что это его рук дело. Волна нежности защемила в груди. Было приятно сознавать, что её любят, о ней заботятся и стараются облегчить положение.
Она видела тёмную фигуру человека на корме, держащего весло. Остальные спали, сваленные усталостью и голодом.
С трудом встала и так же трудно подошла к корме. То был Бласко. Он кивнул ей, спросив тихо:
— Сеньорита выспалась? Посмотрите туда, — и указал на тёмное море. — Берег темнеет на востоке.
— Значит, он уже совсем близко?
— Не очень, сеньорита. Просто небо на востоке чуть побледнело — рассвет скоро. Увидели?
— Да! Кажется так близко! Сколько до него?
— Больше мили, сеньорита. Посветлеет и можно рассмотреть лучше.
— Мы всю ночь так незначительно приблизились к земле, Бласко?
— Идём под углом к берегу, сеньорита. Подгрести бы, да жалко будить народ.
— А можно я рыбу половлю? Может, что и попадётся.
— Возьмите снасть с крючками и бросьте за борт. Наживки нет.
Мира коротко кивнула, поплескалась, умываясь и затихла.
К Бласко подошёл капитан. Тихо разговаривали, когда голос Миры разбудил остальных, своим радостным криком.
— Что-то поймалось! Большое! Я не могу удержать! Помогите! Ой!
Кто-то схватил леску, подскочил другой и общими усилиями вытащили на плот рыбину в три фута длиной.
— Вот это добыча! Мы сколько времени потратили, а она тут же нас перещеголяла! — орал боцман, уже орудующий ножом, перепиливая туловище, отделяя голову ещё трепещущему созданию. — Кучуро, зажигай очаг! Печь будем на угольках! Вот так завтрак будет! Праздник!
Хуан посмотрел в счастливые глаза Миры. Радость, восторг переполняли её.
— Как без наживки тебе удалось поймать такую рыбу? — никак не унимался Хуан. — Что ты делала для этого? — он с подозрением заглянул в её радостные глаза.
— Я всё время молила Господа помочь мне. Больше ничего, правда, Хуанито!
— Вот и отлично, моя девочка! Сейчас можно и перекусить. Кучуро продолжает ловить. Надеется повторить твой успех.