— Я рад, что побудил тебя к размышлениям, Хуан. Теперь следует направить твои размышления в правильное русло. Многие так никогда и не находят этого правильного течения, и оно заносит их в греховные воды, болота, в трясину.
— Что это значит? — Не донял Хуан.
— Если вспомнить историю, то она так изобилует примерами совсем противными простейшим догмам учения Христа! Во имя этих ложных чувств уничтожаются тысячи безвинных людей. А рабство? Разве христианство совместимо с рабством? А наши великие церковники окружают себя не только роскошью, но, что самое отвратительное, рабами! Это уже не христиане!
Всё эти разговоры создали в голове Хуана такой беспорядок, что он счёл за лучшее пока перестать общаться с Зеноном. Тот воспринял желание товарища очень спокойно, ничем не выразил даже удивления. Уже этим поверг Хуана в некоторое недоумение, заставив опять раздумывать над образом жизни в общине.
Гора, где обосновалась община, находилась приблизительно в одном легуа от города. Туда ежедневно ходили общинники за сбором подаяний, не пропуская и деревень по пути.
Хуан однажды тоже пошёл с толпой общинников, и с интересом наблюдал процедуру сбора подаяний. Она походила на такую же у буддистов. Никто ничего не просил, но жители довольно охотно подавали, и по возвращению еды вполне хватало на два приёма на всю братию. Остальное производили сами.
Вскоре и Хуан стал работать на крошечных участках земли, отвоёванных у горы. Там выращивали рис, бананы, пшеницу, просо и огородные овощные культуры. У общины имелось с десяток ослов. Их использовали для перевозки грузов. И никогда для перевозки людей. Это удивило Хуана, и Зенон пояснил:
— Человек должен сам передвигаться. Это наш закон.
— А когда состарится и не сможет ходить?
— Пусть сидит на месте, а работу ему по его силам всегда найдут.
— Здесь у вас живут и женщины. У них какие права? Я заметил, что они во всех случаях жизни общины пользуются полной свободой. Как это?
— У нас считают, что женщина должна пользоваться теми же правами, что и мы, мужчины. А если учесть, что они ещё производят потомство, кормят и воспитывают его, то и больше иметь прав.
— У вас заключаются даже браки?
— Нет, Хуан. Браков никто не заключает. Каждый волен сам выбрать для себя жену, мужа. И каждый имеет право расторгнуть договор между ними.
— Выходит, что полная свобода? Как у животных?
— У животных тоже есть такие соглашения. Причём у некоторых на всю жизнь. А мы должны всемерно сливаться с природой. Никто из людей не должен вредить природе. Это самый большой грех на земле.
— И у тебя есть жена?
— Сейчас нет. Я отказался от неё. Мне надо было постичь мудрость предков, понять мироздание мира, а для этого необходимо долго поститься, отказаться от всего мирского. Тогда дух воспарит ввысь, и ему откроются тайны жизни и смерти.
Хуан задумался. Перед мысленным взором промелькнули картины из его недавней жизни. Всё смешалось в голове. Растерянность и неуверенность опутали его всего. А Зенон очень спокойно заметил:
— Это естественно, что ты в смятении. Это говорит о том, что ты имеешь в себе значительную силу разума. Ты способен не просто принимать предлагаемое, а после тщательного обдумывания. Ты можешь стать мыслителем, мудрецом.
— Что ты такое говоришь? Я простой человек — и мудрец? — Хуан откровенно рассмеялся.
— Тут нет ничего смешного, Хуан. Ты сам не знаешь, что из себя представляешь. Но тебе не осилить наши мудрости. Ты слишком тесно связан с людским обществом, и долго не выдержишь нашей жизни. Не сможешь принять безоговорочно наши догмы и обычаи.
— Зачем тогда вы пытаетесь дать мне ваши знания и образ жизнь?
— Потому что ты можешь их использовать во благо другим. Для этого, правда, должны появиться определённые условия. Мы хотим распространять наши идеи. И ты даёшь нам надежду своим миропониманием и восприятием.
— Я должен буду познавать вашу премудрость?
— Обязательно! Без этого ты не сможешь в полной мере творить добро и бороться со злом. Ты должен получить определённые принципы, и мы надеемся, что ты будешь им следовать.
— А ошибки? Они ведь случаются?
— Непременно, Хуан. Нельзя идти по тропе в горах, ни разу не споткнувшись. И всё равно что-то да остаётся у человека после общения с нашими мудрецами. Какие-то зёрна истины останутся.
— Чего же достигли ваши мудрецы? — Спросил Хуан, полагая, что вопрос останется без ответа. Но он ошибся.
— Тебя могут научить угадывать мысли людей. Лечить людей так, что у них пропадают все признаки болезни. Могут научить отражать удары и наносить самим, не имея оружия.