Купец охотно согласился. Скоро он предстал перед Хуаном своим тощим телом с дряблой кожей и чёткими нитями вен.
Хуан сходил за мешком, затем осмотрел глаза, язык, горло. Пощупал печень, постукал почки и долго ощупывал живот. Под конец долго слушал и считал пульс.
— Печень увеличена. Вам необходимо отказаться от всего жареного, жирного и вина. Только раз в день, самую малость. И в животе у вас дела не очень обнадёживающие. Питаться только растительной пищей и фруктами. Больше мёда, но малыми дозами. Хорошо бы употреблять пыльцу цветков. Я потом скажу, каких. И больше ходить пешком, сеньор Ботто. Никаких колясок!
— Есть надежда на поправку, дон Хуан? — озадаченно спросил купец.
— Надежда всегда есть, сеньор. И вера. Вера в исцеление, в своё здоровье. Это очень важно. Старайтесь пить только родниковую воду и соки разных овощей и фруктов. Только свежие, сеньор! Это важно.
Хуан потом ещё больше часа наставлял португальца, как и что принимать, какой образ жизни вести, и под конец предложил использовать для укрепления организма морские грязи и ванны определённых настоев трав и солей.
— Если не возражаете, сеньор Ботто, я навешу вас через неделю. За это короткое время облегчение вряд ли наступит, но что-то уже можно будет ощутить.
— Спасибо, дон Хуан. Мне и раньше нечто подобное рекомендовали, но у вас это получилось как-то солиднее, что ли, — бодро отозвался купец. — Не отведаете ли нашей трапезы? Мне что-то расхотелось чревоугодничать.
Слуга, расторопный и угодливый, поставил миску перед Хуаном и большой кубок вина. Хуан с аппетитом поел всё это и поспешил откланяться.
— Надеюсь, мы ещё встретимся, сеньор капитан, — неуклюже поклонился он в сторону капитана.
— Не сомневаюсь, сударь, — буркнул капитан, пуская вверх струю дыма.
Хуан ушёл, окрылённый радужными надеждами. Он с лёгкостью тащил свой мешок, не ощущая его. В порту он с восхищением взирал на трёхмачтовый корабль, стоящий в бухте с голыми реями и закрытыми пушечными портами. Их Хуан насчитал десять. Это был боевой корабль, перевозящий ценные грузы.
И на этом судне он мечтал добраться до Португалии и уж потом найти способ отправиться на Пуэрто-Рико.
Дни проходили за днями. Постепенно он стал понемногу зарабатывать своим ремеслом лекаря. Немного, но на еду и ночлег хватало, и за две недели сумел даже скопить две серебряные монетки на будущее. Зато теперь он был в приличной одежде, которую с удовольствием бы поменял на просторную белую сорочку без этих жарких камзолов, кафтанов и прочей португальской одежды, которая больше годилась для достаточно прохладной Португалии.
Он опять привыкал к башмакам, что мало нравилось, но создавало впечатление состоятельного европейца.
— Я добросовестно исполняю ваши предписания, дон Хуан! — встретил того купец Ботто, и пригласил садиться к столу.
— Мне кажется, сеньор, что вы всерьёз взялись за своё тело, — поклонился Хуан уже вполне сносно. — Мне приятно это заметить. Как самочувствие?
— Вы сами сказали, что рано требовать поправки. Но должен заметить, что ваши рекомендации уже дают мне облегчение. Вот только очень хочется поесть жирной баранинки, подрумяненной на угольях. Но держусь!
— Рад слышать, сеньор Ботто. Значит, есть возможность направиться. Давайте я ещё раз осмотрю вас, сеньор.
Хуан очень старался, вспоминая всё то, что слышал от мудрецов. Но ничего другого, кроме тех трав и рекомендаций предложить не мог. Поэтому дал совет принимать обычные укрепляющие организм настои из трав, которых знал.
К сожалению, капитана он не застал.
— Он ушёл совсем недавно, дон Хуан. Я рад сообщить, что он сможет вас на свой корабль взять лекарем. Его прежний здесь так пустился в пьянство, что не просыхает уже второй месяц. А вы ему показались порядочным и послушным человеком.
— Позвольте поинтересоваться, сеньор, как долго простоит корабль в порту?
— Я надеюсь, что через неделю капитан Калдас сможет сниматься с якорей.
— Вы не представляете, как я вам благодарен за отменную весть, сеньор!
— Ну что вы, дон Хуан! Как мне вас отблагодарить за ваши советы? За то, что вы сумели убедить меня следовать вашим советам. Но что я буду делать после вашего отъезда? Мне страшно подумать об этом!
— Позвольте предложить вам нечто, что поможет вам и без моих советов и наставлений продолжать выполнять их.