Щёлкая клыкастой пастью и грозно рыча, волк на переломанных окровавленных лапах снова бросился на магический щит.
Лицо Фламеля перекосило от ужаса. Взмах, и с его руки срывается невербальное Аресто моментум, но засиявшая шкура почти мгновенно нивелирует эффект чар. И снова взмах — очередной фиолетовый луч Дифиндо отбрасывает волка. И снова Дифиндо, за ним сразу летит Секо, потом алхимик обновляет Протего.
Дункан умудрился увернуться от обоих заклинаний и снова набросился на щит в попытке достать алхимика, но тот снова прибёг к Тяжести гор, после чего быстро добавил Аресто моментум, парализацию и сдобрил сверху Конфундусом. Так быстро Фламель давно не колдовал. В последний раз подобное с ним происходило примерно четыреста лет назад, когда он в Китае столкнулся с вампирским кланом.
Развеять все чары у Дункана не хватило астральной силы. Его понемногу приложило каждым заклинанием. Он был сильно ранен, придавлен гравитацией, ошарашен Конфундусом, а конечности от паралича еле двигались, словно набитые ватой. В голове шумело от кровопотери. Весь зал был испачкан алой жидкостью, при том, что волшебник нисколько не пострадал.
Время тянулось подобно замедленному воспроизведению видеозаписи. Дункан округлил глаза, заметив, как Фламель всё же вынул из кобуры волшебную палочку. Он почти оглох, но по губам алхимика удалось прочитать первые буквы убивающего заклинания, от которого никак не вышло бы увернуться.
— АВАДА…
Хоггарт резко переключился на динамический транс, отрешившись от боли. Следующим шагом его дух вырвался из оков тела. Терять всё равно нечего — сейчас его добьют, как бешеного пса. Его дух рванул к алхимику.
— …КЕДАВРА! — с палочки колдуна сорвался толстый зелёный луч убивающего заклятья.
Настолько мощную Аваду Дункан видел впервые. Авады Пожирателей смерти спички в сравнении с этой дубиной. Яркий зелёный свет окрасил закрытое каменное помещение в зловещие изумрудные оттенки.
Одновременно произошло сразу два события. Во-первых, Авада попала в цель. Дункан почувствовал, как резко оборвались связи души с телом. Во-вторых, его дух в этот момент с яростью ворвался в тело волшебника. Хоггарт сконцентрировал всю астральную силу в одну точку и вместе с этим нанёс решительный удар по светящемуся канату, который связывал душу Фламеля с его телом.
С первого удара не смог оборвать связь, как это делает смертельное непростительное. Но эффект налицо. Фламеля скрючило от жуткой боли. Он выронил из руки палочку и рухнул на колени. С глухим ударом упала на пол мёртвая туша покалеченного волка.
Дункан чувствовал, как его дух затягивает в тоннель света. Напоследок он нанёс ещё один сокрушительный удар по сияющему, но потрёпанному канату. На этот раз у него получилось оборвать связь души и тела алхимика-долгожителя. Но на всякий случай он из остатков астральной силы сотворил крючья и впился ими в дух Фламеля. Светящийся тоннель подобно пылесосу засосал обе души.
Тело Фламеля замерло с остекленевшими глазами и простояло так неуловимый миг, после чего медленно завалилось набок.
Глава 48
Снова Стоунхендж. Дункан успел позабыть, как ему бывает плохо во время подобных пробуждений. Вновь похмелье, дикий голод, слабое тело, плохая способность чувствовать поблизости теплокровную жизнь. Вот только к этому ещё прибавилась боль на лице в районе лба и переносицы.
Потрогав пальцем лицо, Дункан нащупал болезненный шрам, которого там не должно быть.
Без сомнений, это намного лучше, чем почти отрезанные кисти, перемолотые кости, отбитые внутренние органы и обширное внутреннее кровотечение. Но его всё равно волновал вопрос: откуда шрам? Он ощущается как свежий, будто после недавней операции.
На ум приходило лишь одно. Именно сюда ему в сражении с Фламелем прилетело Секо, пусть он и был в облике волка. Заклинание темномагическое. Как и все подобные проклятья, оно оставляет шрамы, которые невозможно свести с помощью магии. Но истерзанное ранами тело осталось в прошлом, которое будущее. Следовательно, тёмные заклинания ранят не только тело, но и дух. Видимо, именно поэтому они считаются тёмными.
Хоггарт сделал для себя однозначный вывод — помимо ментальных чар ему нельзя попадать под тёмные заклинания. Возможно, будь те чары уровня среднего выпускника Хогвартса, то ничего не было бы. Встроенное в его астральное тело заклинание уничтожения чар его попросту развеяло бы. Но в том-то и дело, что рядовые волшебники тёмной магией не пользуются.