— Хорошо.
Парень взял ступку и начал толчить траву одного вида. Получилось довольно быстро. Готовую смесь он пересыпал в пакет, протянув девушке. Остальные пучки вампир тоже с такой же скоростью превратил в кашицу.
— Сможешь отнести это в соседнюю комнату?
— Да, конечно.
Парень взял пучок какой-то травы, и уже было хотел открыть дверь, но его оставила Селин. Девушка поставила небольшое зеркало перед его лицом и с недоумением развела руками. Глаза Акихиро обрели рубиновый цвет, а клыки вновь показались.
— Почему это произошло?
— Это я должна у тебя спросить...
— Я не чувствую никакой жажды, поэтому не знаю из-за чего проявилась вампирская натура.
— Трава! Это из-за травы! Из такого же растения Габриэл сделал отвар по превращению в истинный облик. Это растение называется теневая разнь. Видимо это и стало причиной твоего превращения.
Девушка поспешно закрыла дверь на замок, чтобы никто из медиков не увидели его таким, и открыла книгу. В книге Селин начала читать про теневую разнь, но так и не нашла того что искала. Тогда по всей вероятности остался один выход из ситуации. Она взяла небольшой ножик, после чего прислонила его к указательному пальцу.
— Что ты творишь? Даже не думай об этом.
Глава 17. Теневая разнь.
— У меня нет другого выбора. Или ты хочешь, чтобы тебя увидели таким местные?
Парень был против, а Селин, сделав надрез на указательном пальце, наполнила колбу собственной кровью, после чего протянула Акихиро.
Вампир же нехотя выпил содержимое, приняв облик обычного человека.
— Вот так гораздо лучше. Идём.
— Подожди.
Высший взял из аптечки пластырь и наклеил на повреждённый палец девушки. Это все что он смог сделать в качестве благодарности на данный момент.
— Спасибо. Ну что ж, пойдём в соседнюю комнату. Там помощь потребуется больше.
Парень кивнул и, сделав пару шагов отключился. Тело словно протыкали сотни мечей. Боль была невыносимой. Вместе с этим в голове возникали какие-то образы, которые он вроде как раньше не видел. Несколько отрывков из прошлого восстановилось, но не полностью, некоторые детали отсутствовали. В этот момент он словно заново проживал прошлое.
Деревня чистокровных вампиров представилась перед глазами и сам Акихиро в возрасте семи лет. Будучи мальчишкой, его избивали лишь за то, что он родился полукровкой. Даже не от человека, а от самого настоящего демона имеющего форму. Отца в воспоминаниях юноша не видел, но ему удалось увидеть мать, которая пыталась защитить своего сына от разъяренных вампиров, однако в итоге сама попала под раздачу.
Наконец парень очнулся. В его глазах все еще стояла та картина. Когда он немного отошёл ото "сна", сел на край дивана и опустил свой взгляд в пол.
— Как ты себя чувствуешь? Болит что-нибудь?
— Я... Видел свою мать... Эти твари, они её избили... Не прощу.
Глаза Акихиро вновь стали рубиновыми, но не как раньше, они был полны ненависти, словно он желал лишь мести.
Селин прижала его к себе и начала гладить по голове, словно успокаивая ребёнка. На удивление это подействовало. Впрочем, без своих воспоминаний он и есть ребёнок, который даже не в силах понять, что произошло с его родными. От этого становилось только хуже. Живы они сейчас или нет, становится только больше вопросов.
Когда тот успокоился, девушка села на стул напротив своего товарища.
— Деревня... Там находилось множество чистокровных вампиров, их количество примерно около семидесяти. В это время мне было всего семь лет от роду. Оказывается я полукровка. Мою мать избили за это, когда она пыталась защитить меня, а местные кричали "демон". Мой отец, по всей видимости, был демоном. Однако его мне не довелось увидеть в тех воспоминаниях. Это всё, что известно.
— Я впервые слышу, что демон может иметь физическую форму. Как это вообще возможно?
— Он может использовать призывателя как сосуд для своей души.
— А куда денется душа призывателя?
— Можно сказать, что она умирает.
— Ты вспомнил хоть что-то, это уже хорошо.
— Я бы не хотел такое вспоминать, это слишком для меня. Мне теперь даже контрактером притворяться не придётся.
Облик вампира сменился на человеческий, и он побрёл в соседнюю комнату с травами, только уже не прикасаясь к ним напрямую. Селин же пошла следом, мало ли что он сейчас может натворить.