— Габриэл, ты сможешь использовать патроны из манны для этой снайперки?
— Я ни разу так не делал. Можно попробовать. Принцип, наверное, тот же.
— Это по сложности не отличается от твоего создания стрел.
— Было бы это так легко, то все бы из деревни создавали предметы из своей манны.
— По правде говоря, так можешь только ты. Если смог создать стрелу, значит, сможешь и пулю. Надо лишь попрактиковаться.
Парень попытался создать пулю, но вместо неё получился какой-то шарик, однако это его не остановило. Сконцентрировавшись на настоящей пуле, со второй попытки ему удалось создать точную копию, только синего цвета. Цвет предмета зависит от манны и поменять его к сожалению никак нельзя. Хотя некоторые заморачиваются по этому поводу и создают визуальный обман иллюзией в виде окраса.
— Идём на улицу, протестируешь. Акихиро, ты с нами?
— Да нет, я здесь останусь. Там слишком жарко.
Оба эльфа вышли на улицу и сделали мишенью старое железное ведро. Габриэл прицелился в мишень и выстрелил. Пуля не только пробила ведро, но и впилась в дерево, что стояло в десяти метрах от неё, после чего исчезла. С обычной так бы не получилось, скорее всего.
— Неплохо. Так что лучше, снайперка или лук?
— Я бы предпочёл второе, но и это оружие тоже пригодиться. Очень хороший прицел.
— Да сдался тебе этот лук?
Глава 19. Скрытая боль.
— Специально для него я придумал разные приёмы.
— Ладно, как знаешь. Идём в дом.
Парни зашли обратно в жилище и расположились на кухне вместе с остальными. Обед к тому времени уже был готов.
Через одно мгновение на столе уже ничего не осталось, представители сильного пола смели всё до последней крошки, только вот Акихиро даже не притронулся к еде. Впрочем, такая еда в его предпочтения не входит. Он даже вкуса с запахом не чувствует.
— Амелия, можешь рассказать какими способностями обладают здешние?
— Конечно. В нашей деревне исцеляющую магию способны использовать только девушки, кроме этого они могут пользоваться и некоторыми другими, все зависит от таланта. Атакующую магию применяют в основном парни. Они практически все лучники, однако, мечом тоже умеют пользоваться. Единственный кто может создавать предметы помимо стрел из манны - это Габриэл.
— Почему остальные не могут?
— Мы так и не смогли найти ответ на этот вопрос.
— Я отлучусь ненадолго.
Пробормотал Габриэл и побрёл в свой старый дом. Дыхание стало затрудненным, а сердцебиение участилось. Когда парень заперся в жилище, то сразу рухнул на пол, корчась от невыносимой боли. Похоже такой приступ уже не впервые. Умело он скрывал это от остальных.
При кашле на руке оставался чёрный след крови. Это было похоже на какое-то проклятие или последствия от использования запретной магии.
Когда этот приступ закончился, парень, как ни в чем не бывало, вернулся к остальным. На вопрос, куда он ходил, Габриэл ответил, что решил посмотреть свой старый дом. Хорошая отмазка, однако.
— У нас Акихиро куда-то делся. Только что был здесь. В такую солнечную погоду ему нельзя выходить.
— Пока меня не было, уже что-то случилось. Возьми его маску и найди по следам с помощью своей способности.
— Сейчас попробую.
Парень взял в руки маску и активировал свою поисковую способность. Сразу же после этого его глаза засветились ярко-голубым цветом. Именно в этот момент Михаэль может видеть следы своей "жертвы", но, к сожалению, не так долго, как хотелось бы. Через некоторое время приходится активировать всё заново, что расходует много манны.
Пока способность еще действовала, эльф шёл по следам, а остальные хвостом следовали за своим гидом. Следы вели куда-то вглубь леса. Здесь как раз тень, самое то для вампира. Благодаря плотному расположению веток деревьев на их вершинах, лучи солнца просачивались только в некоторых местах.
Акихиро заметил их и словно как из под земли появился перед отрядом.
— Где ты был? Я уже подумала, что ты где-нибудь в пепел превратился.
— На охоте. Все же моя раса вампиры.
— Подожди, ты...
— Нет, людей я не трогал. В этом лесу полно животных.
Селин с облегчением вздохнула, впрочем, как и остальные искавшие его. Если он питается кровью животных, то все нормально. Другие высшие, скорее всего, предпочли бы животным людей.