— Что? Что вы услышали? Они же обещали всё скрыть, обещали не разглашать! И без того пресса полнится новостями, — волшебница зыркнула на газеты, рассыпавшиеся по полу. — Ну же, Дмитрий Тихонович, что же такого вы узнали, что принеслись сюда? Давайте, говорите, не стесняйтесь! И без того моя карьера… Да что там карьера — моя жизнь кончена! После такого я не смогу показаться в магическом обществе, да и в любом приличном, потому что дойдут слухи. Все непременно дойдут! И вы… — она ткнула в Митю тонким пальчиком, — вы — первая ласточка, тёмный вестник грядущего. Так давайте, насмехайтесь над глупой девушкой, вперёд!
Не понимая, что происходит, Митя, меж тем, не намеревался слушать беспочвенные обвинения:
— Позвольте, Клавдия Александровна, — он также поднялся со своего места, возвысившись над волшебницей, — я не знаю, что у вас произошло, но лично я прибыл сюда не потому что узнал нечто, столь огорчающее вас, и не для того, чтобы принести худые новости. Отнюдь! Я лишь переживал за ваше здоровье и желал поделиться мыслями. Ничего дурного в своей заботе не вижу. Но если вы именно так восприняли мой приход, мне крайне жаль, и я считаю, что должен немедленно удалиться, дабы не выслушивать пустые обвинения в свой адрес.
Подхватив цилиндр, Митя быстрым шагом направился прочь из залы — и тут же услышал звон битого стекла. Обернувшись, он увидел осколки чашки, что Клавдия прежде держала в руках. Не обращая внимания на гостя, волшебница зло взмахнула руками, и хотя Митя не мог видеть чужую магию, но то, как разбросанные газеты разлетелись на клочки, разрезанные зеркальными клинками, говорило само за себя. Не желая останавливаться, Клавдия вновь применила магию, разбивая всё, что попадалось ей под руку, раз за разом. Точно впала в безумие.
В таком состоянии Митя не мог оставить девушку. Бросившись к ней и рискуя попасть под чары, он резко обхватил её, обнял и крепко прижал к себе, не позволяя более крушить всё кругом и, возможно, наносить вред себе.
— Забудьте, забудьте обо всём, что я сказал, и прошу вас — успокойтесь! — потребовал бывший маг, не отпуская девушку и чувствуя её напряжение и гнев.
Клавдия попыталась было вырваться, но, поняв, что ничего не выйдет, неожиданно обмякла. Взглянула на Митю — и взор её был ясен:
— Да как же я могу об этом забыть, Дмитрий Тихонович, — тихо произнесла она, — если давешняя дама в фонтане — это я и есть?
Глава 6
— Простите, что вы сказали? — Митя глядел на волшебницу сверху вниз, всё так же прижимая её к себе. — Как это вообще возможно?
— Давайте вы отпустите меня, и я вам всё расскажу? — предложила Клавдия. — У вас очень крепкие объятия, знаете ли, и, хотя мне терять уже нечего, всё же это неэтично.
— Обещаете не буянить? — уточнил бывший маг, чуя, как печёт шею.
Волшебница кивнула, и он тут же отпустил её. Повисла неловкая пауза.
— Да кавардак вы устроили знатный, — Митя попытался перевести разговор на другую тему, хотя ему очень хотелось узнать подробности случившегося с Клавдией. — Может, помочь вам с уборкой?
— Пустое, — отмахнулась та, вновь опускаясь в кресло. — Уберу позже, у меня теперь времени уйма, на работе не ждут. Да и опять же, я нынче не просто маг, а пострадавшая, а значит, моё дело — ждать слушания, давать показания и думать, как смыть сие пятно позора.
— Рад бы дать вам добрый совет, но, покамест не зная подробностей, ничем не могу быть полезен, — заявил Митя, занимая кресло напротив. — Что же приключилось, Клавдия Александровна? А главное — как?
Волшебница замолчала. Некоторое время она с излишним любопытством разглядывала черепки чашки у своих ног, затем пнула один из них и наконец заговорила:
— Помните, вы давеча меня в театр звали, а я отказалась, поскольку иные планы имелись? — Митя кивнул. — Ну так вот, в эти планы входило свидание с неким господином А., с которым я познакомилась через объявление в газете. — Волшебница взглянула на бывшего мага, точно ожидая от него осуждения, но Митя и не думал осуждать. Сейчас он весь превратился в слух, стараясь не упустить мелочей, чтобы после составить картину целиком.
— И вы встретились? — всё же уточнил он, дабы пауза не казалась излишне долгой.
— Не спешите, Дмитрий Тихонович, — попросила Клавдия. — Для начала я пришла в назначенное место — в ренскую что на Полозова. Безусловно, место не особо романтичное — всё же не кофейня на берегу Невы и не ресторация, но я списала это на то, что мой друг по переписке, вероятно, стеснён в средствах и оттого не может позволить себе более дорогие места. Так вот, я пришла, заняла место за свободным столиком, а дальше… — Волшебница задумчиво посмотрела в окно.