— А мне кажется, за этим что-то есть, — не сдавался Митя. — Я на днях пытался поговорить об этом с Ильёй Фёдоровичем, но он, увы, не стал меня слушать.
— Может, потому что ты больше не состоишь в департаменте? — предположила ведьма.
— Может. — Митя нахмурился. — Но статус не лишил меня разума, а я, знаешь ли, нутром чую, что всё это как-то связано.
— Твоё бы чутьё да применительно к нашей проблеме, а не отвлекать господина Лосева от его службы… А вот, кстати, и он — лёгок на помине.
Оторвавшись от чтения, Митя повернулся к дверям — на пороге и впрямь маячил Илья. Во всей его фигуре, в каждом движении нынче проскальзывала некая нервозность. Даже больше, чем обычно. Он потряхивал цилиндром, подкручивал усы, а взгляд его так и метался по кухмистерской.
Завидев знакомых, он тут же направился к их столику, по пути подхватив свободный стул. Поставив его между Варварой и Митей, зеркальщик устало плюхнулся и тут же затараторил:
— Чёрт знает, что происходит! Именно так — чёрт знает что! Голова кругом, ни до сна, ни до еды, всё кувырком, факт!
— Охотно верю, — Варвара с интересом посмотрела на мага. — Однако вы нашли время навестить нас.
— Само собой! — тут же вскинулся Илья. — Как же не навестить? Я и так вчера пропустил встречу, а ведь не положено, факт!
— Ничего особо интересного вы не пропустили, — отозвалась ведьма. — Кроме фиаско Матвея на его поприще. Он нынче персона нон грата в той самой лавке — видеть его более не желают.
— Как так? — Илья резко развернулся к Мите. — Как так-то, друг мой? Ведь вы же любимчик дам, буквально сама прелесть, и такая осечка? Нет, так не пойдёт! Нужны извинения, нужен новый подход! Идея! Признайтесь Лютиковой в тайной страсти!
— И получите от её супруга кулаком промеж глаз, — спокойно продолжил Митя. — Благодарствую, но, пожалуй, откажусь. Я хоть и на пенсии, но не так чтоб торопился на тот свет.
— Ну тогда не знаю… Напейтесь с её мужем, да, идея! Мужская дружба даже лучше женской, а что? Факт! — Илья так и фонтанировал придумками, то и дело подкручивая ус и оглядываясь, будто опасаясь, что его заметят.
Тут половой, скользнув к их столу, поставил между Митей и Варварой две чашки дымящейся гурьевской каши — золотистая пенка, покрытая румяной корочкой из молочных сливок, скрывала под собой слои нежной манки, перемешанной с дроблёным миндалём и карамелизированными грецкими орехами. По краям тарелок алели малиновые пятна варенья, а сверху, будто снежные шапки, лежали взбитые сливки, посыпанные корицей. Рядом, на маленьком блюдце, дымились горячие ватрушки с творогом, их румяные бока блестели от растопленного масла.
— А вам сударь чайку с дымком ли кофий со сливками? — половой вопросительно глянул на Илью, но зеркальщик лишь отмахнулся — мол, не до заказов. Половой понимающе кивнул и дабы не мешать, удалился, ловко лавируя между столами с пустым подносом.
— Обдумаю ваше предложение, — согласился Митя. — Но вот прямо сейчас мне хочется знать, что вы думаете об этом? — Он пододвинул к магу газету.
Илья, даже не взглянув, поморщился — было понятно, что статью он уже читал и, возможно, не раз.
— А что тут думать, друг мой? Что думать? Сын погиб, отец застрелился, горе в семье — вот и все думки.
— А мне кажется, всё не так просто, как кажется, — заупрямился Митя.
— У Матвея разыгралось воображение, — процедила Варя. — Он отчего-то решил мнить себя сыскарем и разобраться в том, что его не касается.
— Да что вы заладили — «не касается» да «не касается»? Касается! — Митя возбуждённо сжал кулаки. — Это мой город, и я, возможно, понимаю его структуру лучше, чем приезжие специалисты. Не в обиду вам, Илья Фёдорович, будь сказано.
— Это ещё и мой город, — напомнила Варя, понижая голос до шёпота. — Но я не пытаюсь мешать департаменту.
— И я тоже. Я лишь хочу разобраться, отчего сразу несколько студентов попали под магическое воздействие, причём все из хороших семей. И я бы на месте Ильи Фёдоровича всё же допросил Дробышева — одного из гимназистов — о том, что именно с ним приключилось. Может, он бы дал развёрнутый ответ.
— Позвольте-позвольте, — теперь и взгляд Ильи не сулил добра. — А откуда вы знаете о Дробышеве? Ведь его имя нигде не упоминалось?
— Город слухами полнится, — буркнул Митя, уже жалея, что начал этот разговор.
— Слухами, говорите? А я вот сейчас подумал, что давеча вёл беседу в академии с директором, но он ничего интересного не сказал. А вот сторож мне всех перечислил, кто к ним захаживал извне. И не далее как вчера вспомнил господина светловолосого да лопоухого, что направлялся к Северову. Я особо не придал этому значения, но вот сейчас новость заиграла совсем другими красками, факт!