А дальше наступила тьма.
Лабиринт Часть 3 Глава 1
Сознание возвращалось медленно. Мите то чудилось, будто он бредёт по тёмным переходам Салодовниковских складов, то обдавало холодом, будто он вновь на воздушной пристани, на пронизывающем ветру, то его кидало в жар от яркого солнца и песчаного берега, где он с сестрёнкой играет среди камышей, а матушка зовёт их к столу, а они шалят, не слушаются.
В какой-то момент и это видение треснуло. Раскололось. Рассыпалось на мелкие частички, и бывший маг, хоть и с трудом, но сумел открыть глаза. Тело болело так, будто его били палками. В горле першило после ведьминской пыли, да и кожа чесалась, словно порошок впитался в неё намертво, вызывая зуд и жжение. Стешка поистине являлась мастерицей своего дела, еще чуток и ей бы удалось схватить пусть не всю шайку, но как минимум двоих из нее. Если бы он Митя не стал помехой на пути зеркальщиков.
Не сдержав стон, бывший маг с трудом сел, опираясь на стену, и обвёл взглядом помещение, в котором он находился. Это оказалась комната, небольшая — три на три метра, почти клетушка с низким потолком. Без окон, стены шершавые, холодные, а дверь, обшитая железными полосами, больше подходила темнице. Единственный источник света — фонарь, что висел на крюке подле двери, и в его неровном белом свете Митя разглядел ведро в углу да кувшин на приступочке. Сам же он сидел на комковатом матрасе, брошенном на пол. Сюртук куда-то исчез, как, впрочем, и «Слеза Морока», что висела на цепочке, и подзорная труба.
— Ну что ж, значит, как теперь? Я — это снова я, — просипел Митя и поморщился. Говорить было больно и неприятно.
Ещё одной неожиданностью стала цепь с кандалами, что сковывала его ноги.
Митя подёргал её — прочная зараза, затем прислонился к стене и выдохнул. Что ж, разве не этого он хотел? Вот теперь он в логове тех самых таинственных злодеев, за которыми бегает тайный отдел магов и которые, если верить Шапину, затевают нечто против магов и Императора. Само собой, никто не стал бы расстилать перед ним ковровую дорожку и встречать с хлебом-солью, мол: «Добро пожаловать, друг любезный». Прям. Наоборот, спасибо, что оставили в живых. Хотя, может, это и ненадолго. Глава отдела говорил, что они уже теряли своих людей. Хоть один плюс — Митя ни их и ничей, значит, никто не огорчится его пропажей.
Перед глазами всплыл образ волколака. Как Софья смотрела на него, видя истинную суть. Как скребла зеркало. Объяснит ли ей Илья, что произошло?
Ответ напрашивался сам собой — едва ли. А значит, Стёпка и Софья запомнят его как преступника и предателя. На душе стало гадко, и Митя зло ударил протезом по полу.
— Рано сдаваться, ещё повоюем, — решил он.
Для начала бывший маг дотянулся до кувшина и, обнаружив в нём воду, умылся. Сразу стало легче: жжение и зуд унялись, и даже дышать будто свободнее.
Сделав несколько глотков, Митя вернулся на матрас и обнаружил в комплекте к нему рваное одеяло.
— Живу как птица, — хмыкнул он и накинул его на плечи. Всё же сырость подвала — а он почти не сомневался, что это подвал, — медленно, но верно пробирала до костей.
Оставалось лишь ждать, когда за ним придут. Едва ли про него забудут. Ну а если так…
— Придут, — сам себя оборвал Митя. — Ответы на вопросы всем нужны.
Прикрыв глаза, он принялся про себя обдумывать, что можно ответить, а о чём никак нельзя. Этот внутренний монолог так увлёк его, что он не сразу заметил, как приоткрылась дверь и в камеру вошла Лиза. Девушка держала в руках поднос и старалась не расплескать содержимое чашки.
— Лизонька! — обрадовался Митя, подавшись вперёд, но та мигом отпрянула, прижавшись к стене и не поднимая на заключённого глаз.
— Не надо, не говорите со мной, я этого не желаю, — прошептала она.
— Но отчего же? — растерялся Митя. — Я лишь поблагодарить вас хотел за спасение, а то зеркальщики бы меня схватили.
— А вам разве есть что от них скрывать? — удивилась девушка и осторожно опустила ношу на пол.
— Может, и есть, — кивнул Митя, которого более всего досаждало, что Лиза даже не смотрит на него. — Лизонька, в чём я виноват, что вы даже глядеть на меня не желаете? Вы скажите, я исправлюсь, ведь вы меня знаете.
— Не знаю, — оборвала его девушка и впервые посмотрела прямо в лицо. — Не знаю, кто вы такой, Матвей Антонович. Хотя, раз облик не ваш, так, поди, и имя краденное?
— Отчего сразу краденное? — возмутился Митя. — Так, выдуманное. И раз уж так сложилось, я не прочь ещё раз познакомиться. Демидов Дмитрий, можно Митя.