— Имя не подскажете?
— Ариной называлась, но не удивлюсь, если выдумка. — предположил Митя.
— Допустим, а вот вы госпоже Лютиковой в укор поставили, что неосторожно работала, это как понимать?
— Да так и понимать, — Митя поставил бокал и принялся, как говорится, объяснять на пальцах, — вот, задумали они шантаж у важных людей. Видимо, с помощью зелья опаивали юнцов, и те или рассказывали, что у родителей имеется, или сами доставали, как, например, Суриков, а далее ваши люди требовали у отцов выкуп в виде документов, а кто обмолвится, тому не сын, а труп достанется. С Дробышевым складно вышло, а вот Мартынов помер, может, что не так положили, или болезненный был. И тут сразу друг его, племянник губернатора исчез, а через день и Суриков. Тут бы потише, попозже, а не все скопом. Зачем привлекать внимание? А еще и Мартынов старший застрелился. Конечно, сын умер, важные документы попали невесть кому в руки, осталось лишь пулю в лоб. Топорно сработано, право слово, уж если я понял, то и другие поймут.
— Интересно, а ведь до вас никто не связывал отцов и детей. — Алексей подпер голову рукой, — шире смотрите, Дмитрий Тихонович, впрочем, и не мудрено, если вы в столице умудрились господина Парусова выследить, а ведь он такие надежды подавал.
— Так это тоже ваш человек? — Митя смутился, — прошу простить, за то, что сам того не ведая изменил ваши планы, действовал по зову души и дабы защитить приятную мне особу.
— Да бросьте. — отмахнулся Алексей, — так прямо и говорите, хотели доказать зеркальщикам, что вы не хуже них, так?
— Не без этого. — тут же согласился Митя.
— Ну вот, а то зов души, особа.
— Особа имеется. — вступился Митя, — так что тут исключительно честно.
— Что ж, насколько я знаю, не вы оборвали его жизнь?
— Не я. — согласился бывший маг, — у меня и револьвера-то не было.
— А кто?
— Я вам так скажу: это серый человек да его приспешники, правда, кто они, не знаю, имею догадки, что некие бандиты, промышляющие в Петербурге, но не более того.
— Ну, раз не более, то вот и ваше первое дело: найдите мне того, кто повелел убить Парусова.
— Найти и привести к вам?
— Боже упаси. — Алексей скривился, — мне эта погань не к чему, просто найдите и убейте, это понятно?
— Да, вот только как же я это сделаю? Без сил, без связей, — Митя нахмурился, — город велик, а я один.
— Петра с вами пошлю, и кое-что получите из артефактов. Чем же я хуже Шапина? Тоже проявлю щедрость. За компанию Петр и присмотрит, чтоб вы задание выполнили как положено и без уверток.
— А не боитесь, что я сбегу? — поинтересовался Митя, уже прикидывая, как можно начать поиск серого человека.
— Ничуть. Сбежите — найдем, найдем — так убьем вас, — Алексей выдержал паузу, точно актер на сцене, и тихо добавил, — и сестрицу вашу... Лизу? Или как там её — Мария? В общем, не суть. Поняли меня?
Митя хотел было ответить, да не мог. В горле будто ком встал, перекрывая дыхание, а сердце заколотилось бешено, выбивая тревожный ритм где-то в висках.
— Я не понимаю, о чём... — начал было Митя, но Алексей одарил его таким взглядом — холодным, словно лезвие ножа, — что бывший маг мгновенно замолчал. В этих бледных глазах не было ни капли человеческого тепла, только расчётливая жестокость.
— Я должен знать всё о тех, кому собираюсь доверять, — отчеканил Алексей, постукивая костяшками пальцев по подлокотнику кресла. — Так что подумайте трижды, прежде чем что-то скрывать или врать. Договорились?
Митя кивнул, сглотнув горький комок в горле. Его ладони стали влажными, но он не осмелился вытереть их о брюки.
— Вот и славно. А теперь ступайте, Дмитрий Тихонович. Беседа была... приятной. Я устал. Завтра с вами увидимся. А пока — отдыхайте, набирайтесь сил. И думайте. Думайте, как показать мне, что вы преданы делу. — Алексей откинулся на спинку кресла, и тень от камина заплясала на его резких скулах. — И, думая об этом, помните о сестрице. Да и прочих друзьях не забывайте. Ведь теперь все они — залог того, что вы нас не подведёте.
Его улыбка растянулась, обнажив ровные белые зубы, и Митя невольно подумал, что так же, наверное, улыбается волк, прежде чем вцепиться в горло своей жертве.
— Григорий! — резко крикнул Алексей, и дверь тут же распахнулась, впуская бородача. Тот уже сжал кулаки, и его маленькие глазки свирепо уставились на Митю, будто высматривая повод для драки.
— Всё в порядке, Григорий. Господин Демидов теперь наш гость и соратник. Так что устройте его так, чтобы мне не было стыдно за наше гостеприимство. Ясно? И никаких побоев.
— Сделаем, господин, — буркнул Григорий и неодобрительно махнул Мите в сторону коридора.