Свет стал ярче, голоса громче. К тому времени, когда стал виден тускло горящий факел, спор был в самом разгаре. Восемь человек стояли тесной группой, яростно ругаясь и толкая друг друга. Все они выглядели изможденными и слегка не в своем уме. Никто из них не заметил появившихся из темноты Фрая и Бергана.
– Ты лжешь, я сказал! – воскликнул человек, державший в руке факел. Он был здесь самым старшим – жилистый, с беззубым ртом. Берган не узнал его. Единственными, кто был ему знаком в этой толпе, оказались сир Говард и сир Палфри – рыцари герцога Манфреда из Стормдейла, они оставались рядом с Берганом во время бегства из Хайклиффа.
– Я человек чести, Хитч, – ответил Палфри. – Я сказал тебе правду. Я знаю, что говорю, и отвечаю за свои слова!
– Ты лжец и вор, – сказал Хитч, сплевывая на землю под ноги двух знатных рыцарей. – Я никогда не брал еду из общих запасов. Это он взял ее, клянусь жизнью. И оставь при себе свои бредни!
– Это безумие, – сказал Говард, указывая на маленькую фигурку, стоявшую среди спорщиков. – Вот эта ваша девушка, Пик, она все видела! Скажи им, дитя мое, скажи!
Девушка по имени Пик, казалось, совсем съежилась, когда на нее обратились взоры всех, кто стоял рядом. «Она совсем еще ребенок», – подумал Берган. Хитч сурово взглянул на девушку, и это не осталось незамеченным рыцарями из Стормдейла. Пик отвела глаза в сторону.
– Я ничего не видела, – прошептала она.
– Эта старая свинья запугивает ее, – проговрил Говард, указывая на Хитча, который злобно ухмыльнулся.
– Джентльмены, – произнес Берган хриплым голосом, в котором не было прежней силы и властности. Никто его не услышал – спор становился все жарче. Лорд-медведь прокашлялся, а тем временем Палфри схватил девушку за плечо.
– Скажи правду, дитя мое! – крикнул он, но было поздно. Ссора переросла в драку.
Словно из ниоткуда, в руке Хитча появился нож, взметнулся в воздух, ударил Палфри под ребра. Рыцарь инстинктивно выбросил руку вперед и попал Хитчу в лицо. Хитч повалился, девушка по имени Пик подхватила осевшего на пол Палфри, трое других мужчин бросились на Говарда. Несколько секунд, и ножи были вынуты, противники повернулись лицом друг к другу.
– Стоять! – крикнул Берган, но его голос был по-прежнему слаб, и драка продолжалась. Фрай прислонил Бергана к стене туннеля, выхватил свой меч и тоже ринулся в драку, оттолкнул двоих нападавших от Говарда. Берган увидел, как Хитч с расквашенным носом и разбитым вкровь ртом пытается оторвать Палфри от Пик одной рукой, сжимая в другой свой нож.
– Что здесь происходит?
Раскатившийся эхом под сводами пещеры крик моментально прекратил драку. Из туннеля за сплетением тел появился Бо Карвер. Вид лорда воров был грозен. На лысом темени отражался свет факела, вытатуированная на правой стороне его лица змея извивалась, словно готова была сама броситься в бой. Бок о бок с Карвером стояли еще двое воров – все они возвратились из туннеля, куда ходили на разведку.
– Похоже, у нас возникли разногласия с вашими знатными друзьями, милорд, – сказал Хитч, поднимаясь на ноги и таща за собой раненого Палфри.
– Отпусти его, – прохрипел прижатый к полу свалившимися на него телами Говард.
– Еще чего! – откликнулся Хитч, держа свой нож приставленным к горлу Палфри.
– Ты слышал, что тебе сказали, Хитч, – произнес Карвер. – Отпусти его.
– Но они сказали, что я лжец, милорд. Они назвали меня вором.
– Но ты и есть вор, Хитч, – спокойно заметил Карвер. – Отпусти рыцаря, довольно.
– А почему это я должен слушаться вас, милорд? – спросил Хитч, погружая кончик своего ножа под челюсть Палфри.
– Сейчас не время, чтобы поднимать бунт, Хитч, – сказал Карвер, выступая вперед. Он опустил руку на ряд висевших у его пояса ножей и начал перебирать пальцами их рукоятки. – Выбросьте эту дурь из головы, парни. Разве вы не поклялись во всем слушаться меня?
Воры заворчали, кивнули, слезли с лежащего на земле Говарда и сгрудились в кучку. Хитч и его товарищи дерзко смотрели на Карвера – к ним присоединились даже те двое, что вернулись с лордом воров из разведки.
– Видишь, – произнес Хитч. – Мы тебя больше не уважаем. Ты нам больше не вожак.
Хитч облизнул губы и закончил, усмехнувшись своим беззубым ртом.