Я прожила в Устинья чуть больше недели. Захара я больше не видела, но иногда по ночам слышала вой волка. Устинья говорила, что это просто обычные волки воют, но я знала, что это его вой. Уж слишком много боли и горя в нем слышалось. Когда она думала, что я сплю она тихо подходила к окну и смотрела в темноту. Она знала, что он не уйдет и будет ждать пока не убьет меня.
За Устиньей часто из деревни приходили, но она меня не оставляла, травы передавала и как принимать рассказывала. Она постоянно со мной сидела, как дитя малое оберегала. Она сначала по имени меня звала, а потом дочкой звать стала. Я себя перед ней виноватой чувствовала. Она очень привязалась ко мне. Я не хотела, чтобы ей из-за меня снова боль утраты испытать пришлось, ведь Захар не успокоиться, пока не получит желаемое. Не хочу, чтобы она из-за меня страдала. И я приняла решение уйти, не место мне здесь, если суждено умереть, то от судьбы не уйдешь.
Однажды ночью в дверь постучали.
— Кто там? — тихо спросила Устинья, чтобы меня не разбудить.
— Это я Игнат, Нинке совсем худо, кричит сильно, крови много. Уже второй день родить не может. Варвара за тобой послала, сказала без тебя Нинке ребеночка не родить, да и сама погибнуть может.
Устинья молчала, а потом произнесла.
— Жди, сейчас вещи нужные соберу.
Быстро одевшись она ушла.
Я еще немного полежала, после подошла к окну за окном ночь светлая была я, долго в окно всматриваясь, но никого не увидела.
Одевшись и собрав вещи, я оставила Устиньи записку в которой попросила прощения и поблагодарила за все, положила ее на стол и вышла на улицу. Мне было стыдно перед Устиньей, но так будет лучше для всех.
Я еще долго смотрела по сторонам. Захара не было нигде, и я быстрым шагом направилась в лес в сторону деревни Быковки.
Холод пробирал на сквозь. Но я не останавливалась, уходя все дальше. Поначалу мне казалось, что он идет за мной. Я оборачивалась, но никого не видела. С каждым шагом я все больше верила, что я доберусь до Быковки, а оттуда к Горькам, а там меня рейсовый автобус довезет до станции. Уже светать начинало, а я все шла не останавливаясь. Мне было холодно, но еще более страшно, я прислушивалась к звукам постоянно оборачиваясь. Ветер становился сильнее и начинался дождь, сначала небольшой, но потом стал усиливаться, я набросила капюшон. Из-за дождя и капюшона я ничего не слышала, я шла постоянно оборачиваясь. Пройдя еще дальше я остановился, прислонившись спиной к дереву, я очень устала, из-за сильного дождя мне было трудно идти. Ноги болели и присев я обхватила их руками, так даже стало теплее. Ну что же, передохну немного, пока дождь стихнет, а потом снова в путь. Мне хотелось спать, закрыв глаза я задремала. Проснувшись резко подхватилась, встав на ноги. Дождь идти перестал, я скинула капюшон и взяв рюкзак двинулась дальше, но сделав пару шагов замерла на месте. На меня смотрел крупный волк. Он был от меня метров за двадцать. Он просто стоял и смотрел. Я смотрела на него. Я не знала Захар это или обычный волк. Но это уже и неважно. Передо мной был зверь, и я была его добычей. Я сделал шаг назад, и волк двинулся ко мне. Я бросила рюкзак и изо всех сил побежала. Сильный удар в спину сбил меня с ног. Я больно ударилась, но эта боль ничто по сравнению с той, что я испытала в следующее мгновение. Острые, как бритва зубы впились в руку и мой крик эхом прошелся по лесу. Волк рвал мою плоть, я пыталась вывернуться, но его зубы намертво впились в руку, я скинула куртку и смогла высвободить руку, но не успела даже встать как волк вонзил клыки в правое бедро, я пинала его левой ногой, ударяя ботинком по морде. Он отпустил ногу и сразу же вонзил свои клыки в мой бок. Боль была невыносимой, я кричала пока не сорвала голос. Я ощутила под рукой камень и со всей силы ударила волка им по морде. Я попала ему по носу, он отпустил меня и замотал головой. Я в этот момент вскочила на ноги, схватилась за дерево, и как сумасшедшая начала вскарабкиваться на него, я сама не поняла, как так быстро смогла влезть на него. Волк смотрел на меня скаля клыки и рыча. Иногда потряхивая головой, наверное, я хорошо попала ему по носу. Укусы горели огнем. Кровь вытекала из моих ран. Больше всего крови вытекало с живота. Приподняв свитер, я ужаснулась, волк сильно разорвал мне бок, рана была глубокой и кровь с нее лилась не переставая. Сняв свитер, я туго перевязала живот, я хотела оторвать рукава и перевязать раны на руке и ноге, но даже надо рвать не смогла. Был лишь один плюс во всем этом кошмаре, холода я больше не чувствовала. Зверь смотрел на меня облизывая кровавую пасть.