Я едва не упала со стола, когда врач кивнул и сказал:
Надеюсь , вы готовы для двоих!
«Двоих » что? переспросил Зак.
Я ничего не сказала. Я все поняла. Я во все глаза смотрела на два мигающих силуэта на экране, и объяснения мне больше были не нужны. Следующие несколько минут были , словно в тумане, пока врач объяснял Заку произошедшее. А я медленно влюблялась в двух созданий в моем животе размером с мармеладных мишек. Я не была готова для одного ребенка в восемнадцать, не говоря уже о двоих , но поклялась , что с этого момента и до конца своей жизни, они будут самыми важными людьми в моей жизни.
Я была уверенна Зак так же будет радоваться им.
Я ошибалась.
Первый звоночек прозвенел в середине срока , когда мы узнали, что у нас будет две девочки.
Я сразу же начала представлять двух малышек в одинаковых розовых платьях и с бантами в волосах , просящих накрасить им ногти, когда они достаточно подрастут. И как им повезет быть друг и друга. Б ыть лучшими друзьями. Я была в восторге.
Зак ?
Н е особо.
Серьезно? Черт. Если я должен пройти через это, то хотя бы наделся на мальчиков. Блять , он пробубнил это по пути из больницы, а я сидела на пассажирском сидении и поглаживала выступающий живот со счастливой улыбкой на лице. Я знала, что как только он возьмет их на руки, то почувствует тоже , что чувствовала я.
Девочки родились спустя восемнадцать недель, каждая весом в пять фунтов и абсолютно идеальные. Зак был со мной в родильном зале , как я и ожидала, но в последний момент отвлекся на сообщение по телефону. Моя картинка идеальной сказки быстро поблекла. Наша первая ссора произошла , когда девочкам было лишь восемь часов от роду.
Ты что -то хочешь ? нахмурилась я , чувствуя , как краснею от гнева.
Успокойся, Кейси! Ничего страшного. Парни хотят лишь пропустить по парочке стаканчиков и отметить мое отцовство.
Н о наши дети только что родились ! прошипела я, пытаясь не обращать внимания на маму, неодобрительно качающую головой. Я думала ты останешься со мной в больнице... с нами. Я думала это наш план.
Д етка, меня не будет всего лишь час, ну , может , чуть дольше. Затем я вернусь и останусь с тобой, ответил Зак , улыбаясь во все тридцать два зуба.
Мы их ждали девять месяцев. Как ты можешь уйти прямо сейчас ? я посмотрела на два розовых свертка , по одному в каждой руке, из свертка торчали мирно сопящие носики спящих девочек. Слезы наполнили глаза, но я решительно сдерживала их.
Боже. Они никуда не денутся, Кейси. Они все еще будут здесь, когда я вернусь. Просто хочу увидеться с парнями, выкурить сигару и отпраздновать. Ну же, я ненадолго, проворковал он, включая на все свое обаяние. И потом, когда я вернусь, будем лишь ты , я и они. М ы будем болтать о том, каким прекрасным будет наше будущее.
Он знал, как повлиять на меня.
Ладно, но лишь на пару часов. Когда вернешься, ты будешь со мной на все сто процентов, понял? Никаких телефонов, никакого отвлечения, только мы. Так?
Конечно, детка! сказал он и поцеловал меня в лоб. Прежде , чем я успела что-то сказать , Зак уже убежал.
Я провела остаток вечера пытаясь избегать «я-же-говорила-тебе» взгляда мамы, которая не очень любила Зака , с того самого момента , как мы начали встречаться. Я была готова пойти на многое, приукрашая то, что он так же рад , как и я , пополнению в семье. И очевидно больше не могла лгать, да и не нужно было. Она сама прекрасно все видела.
Зак так и не вернулся той ночью.
Но он появился утром, в той же одежде , и от него пахло так, будто он спал в бочке из-под пива. Я заставила его принять душ, пока мама была в кафетерии.
Я должна была сразу понять , что это начало долгой, очень темной дороги.
Но я все еще была в розовых очках.
Назовите это слепотой. Назовите глупостью. Я надела шоры и двинулась дальше, настроенная приложить все силы для укрепления семьи. Я надеялась , что он полюбит Люси и Пайпер так же глубоко , как и я, что захочет быть с нами. Когда девочкам было несколько месяцев, мы присматривали обручальные кольца. Я наивно полагала, что он тайно купил одно, но на самом деле он планировал уход. Я чувствовала себя полнейшей дурой.
Н а кухонном столике замигала радио-няня, погружая меня в ступор. Я подошла и выключила звук. Девочки проснулись , агукали и хихикали друг с другом. Звук их сладких голосков обычно заставлял меня светиться от радости, но сейчас каждый звук из спальни наносил удар за ударом по моему разбитому сердцу. Что я им скажу , когда они повзрослеют?
Слезы покатились по щекам, и ручейки быстро превратились в океан. Опустившись на пол, будто на меня обрушился весь мир, я зарыдала , и рыдала, пока больше не смогла выдавить и слезинки. Я сидела , прислонившись к шкафчику, гадая , какой же теперь станет моя жизнь. Я тихо пообещала себе и дочкам : «Я больше никогда не пройду через это снова. Они заслужили лучшего, как и я».