Ну... вздохнул он. Как зовут твоего парня?
Я прищурилась и оперлась локтями на стол.
Я сижу здесь с тобой только потому , что ты не мог заткнуться перед Дарлой , а я не хочу , чтобы все знали о моей личной жизни. Ты хочешь скормить чушь о том , где был все эти пять лет? Ладно. Усаживайся поудобней , но своего парня с тобой я обсуждать не собираюсь.
Он едва заметно вздрогнул от моих слов и опустил голову. Боль охватила мое тело.
Нет! К черту боль. Он заслужил это.
Я заслужил это, сказал он.
Наконец, хоть в чем-то мы единогласны. Я закатила глаза и откинулась на спинку стула, руки все еще были скрещены на груди.
З наешь, для меня это тоже не так просто, мягко начал он. Годами я обдумывал , что сказать , если ты дашь мне шанс. Теперь, когда ты здесь, сидишь передо мной, мой мозг парализован. Я знаю, все что бы я не сказал, не оправдает решение, принятое мной пять лет назад, и я не пытаюсь оправдаться. Я лишь хочу , чтобы ты знала , почему я вернулся.
М не было наплевать , откуда он вернулся, или же я не хотела знать, но понимала , что он не отступит , пока я позволяю ему объясняться. В этот момент я решила придержать наживку и разрешить ему высказаться. Затем он заглотит ее.
Я думаю , ты знала , что тогда я пил, но ты не представляла сколько. Я не мог контролировать себя. Х одил на работу и отрабатывал восьмичасовую смену, хотя всегда были места для подработки. Я не мог дождаться окончания смены , чтобы пойти и выпить.
Вспоминая , сколько раз он уходил без причины, или , как тяжело было с деньгами, я стиснула зубы, но позволила ему продолжать.
Мне даже никто не был нужен , чтобы выпить. Я мог взять упаковку пива и просто сидеть в машине и пить. Затем я приходил домой, ты уходила на работу, и после того , как укладывал девочек, я пил , пока не отключался. Дошло до того, что утром , по пути на работу , я брал пиво , чтобы остаток дня меня не трясло.
Я пораженно смотрела на него. Я знала , что он пил, по дому то тут, то там , валялись пивные банки, но я не представляла , насколько все было запущенно.
Я был болен. Затем , однажды, меня остановили и арестовали за вождение в нетрезвом виде. Меня должны были сразу же посадить за решетку, но , если помнишь, мама тогда работала в офисе адвоката. Он договорился , и меня выпустили , сняв все обвинения. Месяц спустя я врезался в машину, и пара внутри получила серьезные повреждения. Еще один случай вождения в нетрезвом виде, еще один арест, еще больше обвинений. Паршивые были времена.
Е го рассказ полностью поглотил меня. Понятия не имела, что его арестовывали.
Кто выплачивал за него залог? Как он посмел скрывать это от меня?
Т огда я решил , что недостаточно хорош для тебя и девочек. Ч то бы с вами тремя не случилось, вам было бы лучше без меня. Я так же знал, если скажу , что ухожу потому , что облажался, ты бы боролась за нас. И , скорее всего, ты бы выиграла. Уйти от тебя и девочек было самым тяжелым и тупым поступком, который я совершал.
Мое сердце сжималось от боли. Осознавать , как я была груба, в то время , как он пережил всю эту боль и эти проблемы.
Так или иначе, ты думала , что я был на работе, но мама забрала меня на встречу с адвокатом, на которого работала , и рассказала в каком я дерьме. Позже , вечером, пришла Кристина присматривать за девочками, и я принял быстрое решение. Я забросил свои пожитки в машину, написал тебе записку, поцеловал на прощание девочек, вот и все. Я плакал, когда целовал их. В ту ночь я проезжал мимо дома раз десять, так близко , чтобы вернуться и умолять простить меня. Один раз я остановился у обочины. Я четко это помню. Он смотрел на стол, погруженный в воспоминания. У тебя на руках сидела Люси, ты все еще была в форме медсестры. Ты отдернула занавеску , чтобы посмотреть кто там, но тебя осветили фары. Я начал отъезжать , и ты ушла, уверенная, что машина просто разворачивается.
О, Боже. Я помню это! Было так темно. Я надеялась, что это он, но машина уехала и я потеряла всякую надежду.
Он шмыгнул носом и вытер уголки глаз, все так же , не поднимая головы.
Во всяком случае, после этого моя жизнь пошла по наклонной. Я переезжал с дивана на диван, выпивал по ящику пива в день, иногда больше. Вскоре пива стало недостаточно, тогда я начал пить напитки покрепче. Я хотел , чтобы все онемело. К огда я бы трезв, я думал лишь о тебе с девочками, и сколько пропускаю. Я предпочел алкоголю девушку и дочерей. Это было самое дно моей жизни, так я думал.
Мои глаза наполнились слезами, и я обрадовалась, что он не смотрит на меня. Как и он, я тоже представляла нашу встречу спустя все эти годы. Я представляла , как буду кричать на него, бить, вывалю на него самые гадкие слова. Сейчас же , я щипала себя за внутреннюю сторону руки, чтобы не заплакать. Все эти пять лет злости, за которую я цеплялась, мгновенно превратились в замешательство, и я поняла , что верю каждому его слову.