С этими словами он толкнул плечом дверь, ведущую к туалетам, и оставил ее в коридоре.
И вот теперь он стоял перед ней и Шейлой, скрестив руки на груди.
– Шейла, в овощной доставке сегодня не оказалось грибов портобелло. Ты не могла бы позвонить поставщикам и выяснить почему? Иначе у нас сегодня будет только два вторых блюда.
– Я их убью, честно. Это уже в третий раз за месяц! – Шейла слезла с подоконника. – Кэт, подойди ко мне попозже! – крикнула она, уходя. – Джо, а ты послушай, пусть она тебе изложит свою идею. Идея отличная, просто супер. Пойду разберусь с этими паршивцами.
Кэт и Джо остались в тенистом дворике, куда еще не добралось солнце.
– Прости меня, ладно? Мне надо за супом следить, – сказал Джо и отвернулся, намереваясь уйти внутрь паба.
Кэт прошла за ним в тесную белую кухню и устремила взгляд на жужжащую муху, подлетевшую опасно близко к ультрафиолетовой ловушке для насекомых.
– В кои-то веки нет ветра, – проговорила она, мысленно ругая себя за неумение вести светские беседы.
– Июль, – отозвался Джо. – У меня двое работников не вышли, а должен явиться ресторанный критик и компания на ланч из десяти человек. У тебя работы будет по горло. – Последние слова он произнес чуть ли не с удовольствием. – Ну, так о чем разговор?
Кэт не могла найти себе места. Ей казалось, что она всюду будет мешать, да и не было желания говорить с Джо в таком тоне. Прежде он не срывал дурное настроение на окружающих, наслаждаясь их растерянностью.
– Насчет сада… Впрочем, можно и не сегодня.
– Не сегодня.
– Да. В другой раз?
Усталые глаза Джо превратились в щелочки.
– Ты разговаривала с Люси?
– С Люси? Да, а что? – удивленно спросила Кэт.
– Винтеры!.. Держитесь вместе, да? Не следовало мне об этом забывать.
Он бросил на Кэт презрительный взгляд.
– А при чем тут Люси?
– Ты прекрасно знаешь при чем. Ты тут вальсируешь, приплясываешь по саду с Шейлой… Стараешься и ее втянуть в свою маленькую шайку? «Привет-привет, я одна из них, нас все любят, мы лучше остальных».
С таким же успехом Джо мог отвесить ей пощечину.
– Какого черта? О чем ты говоришь?! – возмутилась она. – Ты совершенно ничего про нас не понимаешь! Мы вовсе не держимся друг за дружку, как какой-нибудь клан!
– Еще какой клан. Жутко аристократичный, – процедил Джо сквозь зубы и скорчил лицо в неприязненной гримасе.
– О, прекрати! – бросила Кэт. Ей вдруг захотелось стать улиткой и спрятаться в раковину. – Все это твои фантазии. В последние недели тебя бросает то в жар, то в холод. Ведешь себя как маленький мальчик, обиженный на весь свет…
– Обиженный на весь свет? – прокричал Джо, и Кэт в испуге отшатнулась. – Смешно! Я бы и сам посмеялся. – Он прикрыл глаза рукой. – Вы-то небось теперь рады до смерти – этот ребенок вырастет без меня. А ведь может настать такой день, когда девочка пожалеет о том, что не я ее отец. Она теперь ваша. Вот ведь жизнь…
Джо отвернулся и начал давить зубчики чеснока деревянной ложкой.
– О, ты о маленькой Белле? – Кэт прикусила губу. – Пришли результаты теста на отцовство?
Не отвечая, он продолжал методично мять чеснок. Тяжело дыша, снимал шкурки и превращал зубчики в пюре. Кэт не спускала глаз с его спины. У нее защипало глаза.
– Она от Билла, да?.. Джо, мне очень жаль.
Она не видела его лица.
– Почему же тебе жаль? Я ее совсем не знаю.
– Для тебя было бы хорошо, если бы она… – Нет, совершенно неправильно. Атмосфера накалялась с каждым словом. Кэт утерла пот со лба. – Я лишь хочу, чтобы ты был счастлив. Извини, зря я так сказала.
– Нет. – Джо положил ложку, однако к Кэт не повернулся. – Это ты меня прости. Я не имел права так орать. – Он посмотрел в окно. – Сорвался на тебя… Ладно, проехали.
– Ты на самом деле хотел, чтобы ребенок оказался твоим, да?
Джо пожал плечами.
– Может быть.
Кэт потянулась к нему и легонько похлопала его по спине. И отступила назад. Джо опустил голову и вновь закрыл глаза рукой.
– Глупо, конечно… Я как Люка увижу… всякий раз, как увижу его, так думаю про Джейми: «Ну вот, Джейми познакомился с Люком, они играли вместе». Теперь, когда я вижу твоего сына, возникает какая-то связь с моим, хотя он в двухстах милях отсюда. Потому что я безумно по нему скучаю. Чушь, да?
Когда Дейзи приезжала домой, восьмилетняя Кэт запомнила все, к чему ее мать прикасалась. Книгу с рисунками для ткани Уильяма Морриса. Оранжевую форму для кассероли. Телефон. Стул в кухне справа от кресла Левши, много лет назад покрашенный голубой краской. Кэт до сих пор садилась именно на этот стул – по привычке. Так вот почему. Она только теперь поняла почему.