Котеев скосил глаза и заметил сложенные у стены плакаты. На намокшей бумаге еще можно было различить что-то связанное с обманутыми вкладчиками.
– У меня облигации. Когда уже минул срок погашения!
– Сталинские? – участливо поинтересовался маленький мускулистый старичок, небрежно поигрывающий ломом.
– Они самые, дореформенные! – Котеев уже не мог остановиться, и врал, как по бумаге читал.
– Покажи! – приказал маленький старичок.
– Так я их стану везде таскать! Они у меня дома лежат. Надежно спрятаны!
– Проверка нужна, – подвела итог старушонка, – зовите Кирилыча!
Раздался шум, собравшиеся почтительно расступились. Двое молодцеватых мужиков вели под локти древнего старика. Старик был высок и прям, но все его суставы были скованы какой-то ужасной болезнью. Он тащился, как большая колода, едва переставляя ноги, и опираясь на древко от знамени. Вид Кирилыча внушил Котееву самые отвратительные подозрения.
Кирилыч приблизился, ухватил сильными костлявыми пальцами воротник Сергея. Он подошел вплотную, схватил Сергея за волосы, притянул, посмотрел прямо в глаза. Затем он втянул воздух обоими ноздрями, принюхался, толкнул Котеева в лоб, и развернулся. Медленно удаляясь, бросил через плечо:
– Демократ! Солонов друг, Симилин полюбовничек!
На Котеева посыпался град ударов. Его бы забили до смерти, но в этот момент в помещение вошел Ракшас.
Часть третья
Самогонная вода.
Глава 39
Мы возвращаемся в Калифорнию к Дэниэлу Смиту.
А теперь пришло время рассказать о событиях, произошедших незадолго до отправки в Россию суперагента Мэтью Хаггарда, и имеющих к нему непосредственное отношение. Для этого мы вернемся на несколько месяцев назад во времени, и переместимся в Калифорнию, где вновь встретимся с Дэниэлом Смитом.
… Если случайный путешественник, одуревший от бесконечных улиц Лос-Анджелеса, выедет из города в северо-восточном направлении, то он попадет на свободную дорогу, поднимающуюся между разбросанных тут и там зеленых холмов. Дорога будет подниматься выше и выше, кружа между пальмами, апельсиновыми рощами и виноградниками. Постепенно тропическую зелень сменят высокие секвойи и сосны, дающие тень и прохладу. Здесь много воды: с горных вершин текут небольшие реки, иногда попадаются удивительно красивые лесные озера. Кругом полно зелени, под высокими кронами деревьев прохладно и влажно, и не чувствуется иссушающей силы солнца. Воздух наполнен ароматами хвои и трав, да ветер несет влажное дыхание океана.
Через час быстрой езды дорога достигнет перевала, и рельеф вокруг резко изменится. Кругом будет видна только безводная пустыня с растрескавшимися остатками некогда высоких гор. Синее небо, высушенная в пыль красная земля, скудная чахлая растительность, и ни облачка до самого горизонта. Сухой ветер шевелит регулярно разбросанные клочки высушенной солнцем травы, свистит в осыпающихся вертикальных скалах, и раскачивает торчащие здесь и там одинокие кактусы. Большинство машин сворачивает в сторону Лас-Вегаса, все остальные дороги почти совсем пусты. Там мало легковушек и пассажирских автобусов, лишь огромные грузовики везут что-то на другой конец пустыни. Если путешественник свернет на одну из дорог местного значения, то скоро он упрется в высокие проволочные ворота, закрывающие периметр, оборудованный новейшими техническими средствами безопасности.
На воротах укреплена предупредительная надпись, что дорога к национальному центру Информационной Безопасности закрыта для всех, кто не имеет пропуска или приглашения. Укрепленное на столбике переговорное устройство вежливо порекомендует путешественнику воспользоваться другой дорогой.
Вооружившись биноклем, человек сможет разглядеть стоящий среди пустыни двухэтажный дом колониального стиля с большой клумбой и зеленым газоном. На втором этаже расположено помещение с огромными зеркальными окнами от пола до потолка. Это и есть кабинет нашего знакомого.
В то утро, о котором мы хотим вам рассказать, Дэниэл Смит сидел в своем кабинете. Он только что начал свой рабочий день. За окном вовсю пекло весеннее солнце, стремясь выжечь клумбу с яркими цветами. Система полива работала на полную мощность, орошая цветы и маленький аккуратный газон – чудо гидропоники. Увы, яркие цветы только подчеркивали сухость и бесплодность окружающей полупустыни. До самых гор больше не было видно ни одной зеленой травинки. За горами висело огромное облако смога – это дышал великий Лос-Анджелес.