— Само собой, — согласился Хрущёв. — И по другим вопросам, требующим вмешательства ЦК и Совета Министров, обращайтесь без промедления. (Необходимость в инженерах-системотехниках в реальной истории осознали в конце 60-х, см В. Бугров «Марсианский проект Королёва» стр. 71)
— Теперь давайте вернемся к делам текущим. Приняты меры для увеличения надёжности носителя?
— Да. Введены испытания на герметичность всей топливной системы после перевозки изделия на полигон, — ответил Королёв. — Также все элементы топливной системы получили цветовую маркировку. Условно, концы каждого трубопровода и штуцера каждого клапана маркируются разными цветами. При сборке зеленый совпадает с зелёным, синий с синим. Даже если сборщик соберёт неправильно, приемщик заметит и заставит переделать. Ну, и так далее, по всем обозначенным в полученных документах проблемам.
— Молодцы, хорошо придумали, — похвалил Хрущёв. — Уважаю умные головы. Сергей Палыч, — обратился он к Королёву, — а что вы думаете о Мишине?
Королёв насторожился.
— Василий Палыч — отличный конструктор, грамотный специалист, — осторожно ответил он. — Р-5 он делал, не один, конечно… Недостатки у него есть, но у кого их нет?
— Как думаете, можно доверить ему самостоятельную работу? Руководство своим КБ? Справится?
— Зависит от поставленных задач, — все так же осторожно заметил Королёв. — Полагаю, с задачами уровня уже выполненных Василий Палыч справится на раз-два, да и более сложные потянет.
— Вот думаю я у вас его забрать, — сказал Хрущёв. — У вас сейчас Тихонравов тащит одновременно и космические аппараты и верхние ступени и разгонники. Может быть, ступени и разгонники отдадим Мишину?
— Михаила Клавдиевича разгрузить стоит, — согласился Королёв. — А вы хотите Мишина из Москвы вообще перевести?
— Да, — коротко ответил Хрущёв. — В Москве сейчас нет подходящего завода, я уточнял в Госплане. Решение о дислокации ещё не принято, но это будет не Москва.
— Я не возражаю, — ответил Королёв. — Заменить Василия Палыча человека найдём. Пусть растёт.
— Вот и славно, — сказал Хрущёв.
Он опасался, что Королёв не захочет отпускать своего заместителя. Никита Сергеевич, зная о предстоящей ссоре Королёва с Глушко и роли Мишина в этом процессе, решил эту ситуацию предотвратить.
С другой стороны, Келдыш, передав Глушко информацию по перспективным двигателям НК-33-1, РД-170 и, что особенно важно, водородному РД-0120, повернул ход мыслей Валентина Петровича в нужную сторону от полюбившейся ему пары НДМГ+АТ.
Двумя этими ходами Хрущёв надеялся исключить ссору двух корифеев ракетной техники, столь пагубно повлиявшую на развитие космической программы СССР в «той истории».
— Ещё один момент хотел обсудить с вами, Никита Сергеич, — сказал Королёв. — Так получилось, что за всю советскую космическую программу теперь, после выступления 7 ноября, в глазах советского народа и всего мира отвечаю я один. А ведь это труд многих тысяч людей. И я не один всё организовал, у меня целый Совет Главных конструкторов над этой тематикой работал. А вся слава, выходит, мне одному досталась. Как-то даже неудобно…
— Гм… — Хрущёв задумался. — Совет Главных, говорите?… А что если… Ох, сейчас Иван Александрович меня съест… А давайте организуем международную телевизионную пресс-конференцию? Или даже не так… Телепередачу, в которой мы представим всех Главных конструкторов из вашего Совета, и кто угодно сможет задать им вопросы по телефону? Со всего мира.
— Да ты что, Никита Сергеич! — охнул Серов. — Они же все секретные!
— Хватит секретить, а то досекретимся, — оборвал Хрущёв. — Эти люди — наш золотой фонд, лучшие из лучших. И признание они должны получать соответствующее. Мирового уровня.
— А наше телевидение сможет такое мероприятие потянуть? — усомнился Келдыш. — У нас ведь и телезрительская аудитория пока совсем маленькая, и техническое оснащение так себе… И как сигнал передавать будем в другие страны? У них всех ведь телевизионные стандарты отличаются.
— Мне Павел Васильевич Шмаков предлагал для подобных мероприятий использовать ретрансляторы, установленные на самолётах, — сказал Хрущёв. — Или на дирижаблях можно ретрансляторы поставить. Дешевле выйдет. («Самолетное телевидение», разработанное П.В. Шмаковым ещё в конце 1930-х годов, было реализовано на практике. В 1957 году Московский телецентр транслировал передачи с VI Всемирного Фестиваля молодежи и студентов на Смоленск, Минск и Киев. Воздушная цепочка протяженностью 1100 км состояла из трех звеньев, на стыках которых барражировали самолеты. http://funeral-spb.ru/necropols/serafimovskoe/shmakov/)