— Попробуем, Никита Сергеич, обязательно попробуем, — ответил Старос.
— Александр Иваныч, обеспечьте товарищей нужной комплектацией, чтобы ни в чем не нуждались, — распорядился Хрущёв. — Ваши разработки по элементной базе, Филипп Георгиевич, мне очень понравились. Вы, кстати, в Зеленограде были? У нас там разворачивается масштабное производство электронных компонентов.
— Был, Никита Сергеич. Впечатлило, — ответил Старос.
— Это хорошо. Хочу, товарищи, поставить вам задачу, — Хрущёв повернулся к Иозефу Вениаминовичу Бергу. — Нам очень нужно современное производственное оборудование, на котором мы могли бы изготавливать полноценные микросхемы по разработанной в НИИ-35 планарной технологии.
— Вы знаете сами, что производственный цикл микросхем очень сложный, длительный, дорогой, требует строжайшего соблюдения техпроцесса, нужны чистые помещения… В общем, дорогое удовольствие. А мне тут доложили компетентные товарищи, что в США разрабатывается чуть ли не настольная производственная линия для прототипирования и мелкосерийного выпуска микросхем. Вот я и хочу поручить вам разработать подобное оборудование.
Так же, как в случае с Китовым, Хрущёв по сути дела «впаривал» Бергу идею его же собственной разработки конца 80-х, оставшейся незавершённой в связи с развалом СССР, позволявшую значительно сократить сроки изготовления опытных образцов микросхем. (см. М.Гальперин «Прыжок кита» стр 318–319:
В отличие от принятых в то время во всём мире, кстати, в Союзе впервые построенных Бергом, «чистых комнат» для производства микросхем, такой «цех» мог быть размещён в маленькой лаборатории, практически на лабораторном столе, где основные этапы рождения микросхемы проходят в малогабаритных автономных боксах с высочайшим качеством воздушной среды, стабилизации температуры и влажности.
Внутри боксов размещалось специально спроектированное малогабаритное оборудование для отдельных этапов изготовления интегральной схемы. Между собой боксы соединялись с помощью автоматических шлюзов, оснащённых микроманипуляторами. Такой минифаб должен стоить в сотни раз дешевле, чем обычные суперчистые комнаты, и обеспечивать изготовление малых партий заказных сверхбольших интегральных схем в течение нескольких дней или недель, вместо привычных сроков, измеряемых месяцами. [В источнике говорится о нескольких часах — это явная ошибка, так как процессы диффузии при производстве микросхем исчисляются днями]
По свидетельству Михаила Семеновича Лурье, физика, проработавшего со Старосом и Бергом с первых дней их работы в СССР и возглавлявшего отдел в ЛКБ:
«Пример — Берговская минифабрика. Он же предложил эту идею на 10 лет раньше американцев. А удалось Бергу начать её реализовывать только через много лет, которые ушли на пересуды. Сделали, наконец, порядка 15 экспериментальных модулей, на которых мы проверили и отработали физику процессов и убедили всех, что идея правильная.
Это было в 80-е годы, в предперестроечный период. Очень хорошо прошли Коллегию по эскизному проекту. Вслед за нами появилось ещё несколько проектов. Все они обсуждались на специально организованном для этого объединённом Учёном Совете нашего Министерства, Академии Наук и Минрадиопрома. Мы получили «добро» на промышленную разработку минифаба, но началась «перестройка», и всякая работа закончилась. Сейчас эти модули стоят в сарае Политеха для разборки на запчасти. Хоть эта польза от них осталась!»)
Он сослался на США и «компетентных товарищей», зная, что Берг уже 6 лет не был в Штатах, и о новейших американских разработках может и не знать.
— Настольную линию, может быть даже и не надо, — продолжил Хрущёв. — Пусть она будет побольше, но вместо чистых помещений, очень дорогих и сложных в строительстве, пусть там будут «чистые камеры». У нас сейчас активно развиваются грузоперевозки с использованием стандартных контейнеров. Может быть, посмотреть в этом направлении и сделать производственную линию на базе и в габаритах этих контейнеров?
— Интересная идея, — задумчиво произнёс Берг, и в его глазах Хрущёв заметил вспыхнувший огонёк инженерной мысли.
Никита Сергеевич рассчитал верно, Берг, как талантливый инженер и человек увлекающийся, тут же подхватил заинтересовавшую его идею.
— Оборудование и элементная база — это хорошо, — сказал Старос. — Но я мечтаю производить ЭВМ. Очень много небольших ЭВМ для всех отраслей промышленности…
— Правильно мыслите, Филипп Георгиевич! — ответил Хрущёв. — Нашему народному хозяйству как раз и требуется огромное количество недорогих небольших ЭВМ, которые могли бы связываться друг с другом в единую сеть. Управляющие ЭВМ, машины для плановых отделов, даже обычные конторские задачи ЭВМ может решать быстрее и эффективнее. А самая важная моя мечта — чтобы у каждого пацана, у каждой девчонки в СССР стояла на столе собственная ЭВМ, с помощью которой они смогли бы учиться, чтобы стать полезными членами нашего общества.