Методы «доктрины Эйзенхауэра» были уже обкатаны американским империализмом в «банановых республиках» Латинской Америки, включая организацию заговоров, переворотов для установления реакционных режимов и т. п. Этот политический курс соединял в себе традиционный колониализм, делающий ставку на силу оружия, и элементы неоколониализма, опирающегося на местную реакцию — феодальные круги и компрадорскую буржуазию. Учитывая в определенной степени уроки Суэца, «доктрина Эйзенхауэра» предусматривала несравненно большее, чем прежде, использование арабских реакционных сил, различных по своей социальной структуре, но объединяемых общей ненавистью к социальным преобразованиям.
Для использования «доктрины Эйзенхауэра» требовалось лишь «доказать» конгрессу, что в определенном районе арабского мира возник «вакуум» или какой-либо стране грозит опасность «агрессии международного коммунизма».
Арабские страны не устраивала роль «вакуума», «пустого места», отведённая им американским империализмом. Поэтому уже через несколько месяцев после принятия доктрины американская пропаганда и дипломатия стали уверять, что США вовсе не собираются «заполнять вакуумы». Арабские народы сразу отвергли теорию «вакуума», оскорблявшую их национальное достоинство и самолюбие. Вместе с ней большинство арабских стран отвергло и «доктрину Эйзенхауэра». Официальную поддержку она получила лишь в Израиле и Ираке, бывшем на тот момент фактически английским вассальным государством, и несколько позднее — в Ливане.
Выходка американской администрации не могла в сложившихся условиях остаться без ответа. 7 января 1957 г в Москву с официальным визитом прибыл премьер Государственного Совета КНР Чжоу Эньлай. Среди большого круга вопросов, обсуждавшихся лидерами СССР и Китая, была и «доктрина Эйзенхауэра».
9 января Н.С. Хрущёв и Чжоу Эньлай выступили с совместным заявлением, осуждающим «доктрину Эйзенхауэра» как «очередное проявление американского империализма». Но это было лишь начало.
Агрессивная колонизаторская сущность «доктрины Эйзенхауэра» была разоблачена в Заявлении ТАСС от 13 января 1957 г. Советское правительство предупредило народы стран Ближнего и Среднего Востока о той опасности, которая грозит им в случае их согласия с указанной «доктриной». «В послании господина Эйзенхауэра звучит не голос мира, а голос войны», — говорилось в Заявлении ТАСС.
В течение следующей недели были проведены консультации между главами стран-участниц ВЭС. Содержание этих консультаций не оглашалось, но факт говорил сам за себя.
30 января 1957 года конгресс США принял «доктрину Эйзенхауэра» в качестве официальной политической программы для Ближнего Востока. В принятом документе говорилось: «Соединенные Штаты готовы использовать вооруженные силы для оказания помощи любой нации или группе таких наций, обращающихся с просьбой о помощи против вооруженной агрессии, совершенной любой страной, контролируемой международным коммунизмом.» Это была попытка узаконить односторонним актом конгресса США вооруженную интервенцию в качестве инструмента политики, в нарушение элементарных принципов международного права и Устава ООН, в рамках принятой в то время в США «стратегии массированного возмездия».
В ответ на принятие конгрессом «доктрины Эйзенхауэра» Координационный Совет ВЭС 31 января 1957 принял резолюцию, разрешающую поддержку любых демократических режимов, обращающихся в ВЭС за помощью в борьбе с империалистической агрессией. Все методы поддержки не перечислялись, однако было указано, что страны ВЭС могут оказать дружественным режимам в том числе и военную помощь, вплоть до отправки добровольцев и военных специалистов, а в случае получения соответствующей просьбы от правительств или общественных организаций страны, подвергшейся агрессии — и подразделений вооружённых сил.
С отдельным совместным заявлением выступили Хрущёв, Чжоу Эньлай, Али Сабри и Ахмед Сукарно.
— Советский Союз последовательно выступает за разоружение и установление мира во всём мире, — заявил Хрущёв. — К позиции Советского Союза присоединяются страны ВЭС и участники Организации Варшавского Договора. Мы ещё раз подтверждаем наш курс на мирное сосуществование и сотрудничество со всеми странами, независимо от их политического строя и преобладающей формы собственности. Мы будем приветствовать мирные инициативы всех стран, не ущемляющие права других наций и государств.