— Видите? Из-за вращения Земли проекция орбиты постоянно смещается. Поставленную вами задачу логичнее решать другим способом — запускать Р-7 таким образом, чтобы боевая часть выходила на цель с неожиданного направления, — продолжил Келдыш. — Например, с юга. То есть, виток будет один, и неполный. Зато теоретически такая ракета может поразить цель в любой точке планеты. А если боевых блоков на ней будет несколько, притом, оснащённых собственными небольшими двигателями для манёвра и схода с орбиты, то одним запуском можно накрывать сразу несколько целей. Но пока это всё — чистая теория.
— Вот именно, нам бы пока научиться сводить спускаемый аппарат с орбиты так, чтобы он садился в заданном районе, — проворчал Королёв.
— А что атомщики скажут? — спросил Хрущёв. — Юлий Борисович, Кирилл Иваныч, чем порадуете?
Академики Харитон и Щёлкин переглянулись, затем Юлий Борисович сказал:
— Нам удалось несколько уменьшить массу термоядерных зарядов. Сейчас уже можно достаточно уверенно сказать, что мы укладываемся в 1100–1300 кг при мощности в одну мегатонну. С ростом мощности этот показатель улучшается.
(Для ракеты Р-12 были примерно в это время созданы головные части массой 1100 и 1600 кг, мощностью в 1Мт и 2,3 Мт соответственно)
— Через год-два, полагаю, нам удастся сделать боевой блок мощностью около 3-х мегатонн и массой примерно полторы тонны.
Харитон взглянул на Щёлкина, передавая ему слово.
— Мы провели на Новой Земле завершающее испытание маломощного тактического заряда, — сказал Кирилл Иванович. — Работа проводилась в рамках создания атомного заряда для артиллерии резерва Главного командования, и для артиллерии флота. Первые снаряды на флот поступили в ещё в ноябре прошлого года, сейчас мы закончили устранять отдельные мелкие недочёты.
— А, это атомных снаряды для флота! Мне докладывали, — Хрущёв заинтересованно повернулся к академику. — Какую мощность получили, кстати?
— От пяти до десяти килотонн. Можно сделать и меньше, вплоть до килотонны, при этом, правда, увеличивается количество непрореагировавшего плутония, соответственно, происходит заражение местности. Можно сделать и побольше. Задача-то ставилась как раз чтобы поменьше, и в минимальных габаритах заряда.
— Сколько-сколько? — перебил академика маршал Неделин.
— От пяти до десяти, — повторил Щёлкин.
— Ничего себе! А сколько весила ваша штучка? — Неделин не на шутку заинтересовался.
— Сам заряд без корпуса весил килограммов пятьдесят при диаметре около 300 миллиметров. То есть, мы его упаковали в стандартный 12-дюймовый калибр наших линкоров и железнодорожной артиллерии особой мощности.
— Ёшкин кот! А помощнее заряд сделать нельзя? Хотя бы килотонн на двадцать, а лучше бы — на пятьдесят? Мы бы его на Р-5-2 поставили, — сказал Неделин. — Это же, считай, решение наших проблем! До Америки достанем!
— Ты ещё горохом в Америку кидаться начни, — ехидно подколол Неделина Жуков. — Хрена ли толку с этих двадцати килотонн? Вот, я понимаю, мегатонна. Хрясь — и в дамках. Был Нью-Йорк — и нету.
— Узко мыслишь, Георгий, — Хрущёв достал из ящика стола карту Соединённых Штатов и развернул на столе. — Смотри. Вот тут, на восточном побережье, от Бостона до Вашингтона практически сплошной город. А теперь прикинь. Р-7 у нас пять тонн закидывает на восемь тысяч километров? А если она туда полсотни штук такого «гороха» по 10–15 килотонн привезёт? И высыплет?
— Бл…, … — внезапно осипшим голосом произнёс Жуков. — Это ж… баллистический самосвал получается… (1957 год, разделяющиеся головные части ещё даже в проекте не существуют)
— Вот-вот! Кирилл Иваныч, фактически, сейчас своим «горохом» обеспечил нам если не ядерный паритет с Америкой, то возможность в скором времени этого паритета достичь.
— Полсотни штук не получится, Никита Сергеич, — урезонил Хрущёва Щёлкин. — Надо же ещё теплозащиту головной части обеспечить. Я бы рассчитывал на массу 200–250 кг при габаритах 1,5 метра в длину и 500 миллиметров в диаметре. Ну, и для Р-7, соответственно, штук двадцать таких головных частей, плюс удерживающая конструкция и система разведения боевых блоков. А мощность… ну, да, поставим дополнительно внутренний бустер, с его помощью можно довести количество прореагировавшего плутония примерно до 20 % и мощность, соответственно, килотонн до 40–50.
— Фактически, — поразмыслив, сказал Хрущёв, — надо анализировать площадь городской застройки в США и, исходя из характера целей, планировать, какими головными частями куда наносить удар. И делать несколько вариантов, на случай, если часть наших ядерных сил будет уже небоеспособна в результате удара противника. Георгий, поручи Генеральному штабу проработать вопрос.