— Никита Сергеич, а может, похерим на х…й это бл…ство?
— Нет. Совсем похерить нельзя, да уже и не получится, — ответил Хрущёв. — Но вот минимизировать последствия — необходимо. Вот и подумай, как это организовать.
Серов, как человек военный, подошёл к делу ответственно. Прежде всего, он привлёк к решению вопроса комсомольских лидеров: Шелепина и Семичастного. Ситуацию он обрисовал в ясных и характерных для военного выражениях, выдержанных, впрочем, в несколько излишне апокалиптическом стиле.
Разработанный Серовым, Шелепиным и Семичастным план мероприятий, вкратце, сводился к следующему:
— изменить программу фестиваля таким образом, чтобы сократить возможности для неконтролируемых контактов делегатов с населением СССР.
— ограничить число делегатов фестиваля разумным количеством.
— при отборе отдавать предпочтение делегатам — девушкам.
Как недвусмысленно выразился Серов: «Пусть уж лучше наши — их, чем они — наших».
Изменения в программе фестиваля заключались в том, что основные мероприятия было решено проводить не в Москве. Основной трудностью для организаторов было обставить всё таким образом, чтобы никто не догадался.
Проведя в глубоких размышлениях несколько дней, Серов, Шелепин и Семичастный представили Никите Сергеевичу развёрнутый и проработанный план, включавший программу фестиваля и подробное описание мер предосторожности.
Решено было в полной мере задействовать возросшие транспортные способности СССР. Количество делегатов удалось изрядно сократить — с этим помогло Министерство иностранных дел и лично Громыко. Изменения в количестве принимаемых делегаций МИД объяснял проблемами со сдачей в срок фестивальных объектов. Вместо 34 000 делегатов приехало менее 10 000.
При отборе делегатов отдавали предпочтение странам ВЭС и соцстранам.
Доставляли их в Москву самолётами, на поездах, а также речным транспортом. Для поездов с делегатами было решено использовать тепловозы вместо паровозов, чтобы свести к минимуму время стоянок на промежуточных станциях. Железнодорожное расписание скорректировали, предоставив поездам с делегатами «зелёную улицу», как армейским эшелонам. Пароходы по рекам шли и вовсе почти без остановок, бункерование проводилось по ночам. Обслуживающий персонал был особо подобран.
Все делегаты на границе проходили медосмотр в специально построенных пограничных передвижных медцентрах. Тут же, в экспресс-лабораториях, делались анализы для выявления различных заболеваний, особенно тропических, с которыми наши врачи до того мало имели дела.
Вся программа каждой делегации была расписана заранее, и не только к каждой делегации, но и на каждое её мероприятие были «прикреплены» «хозяева», принимавшие гостей. С одной стороны, гости были окружены заботой, им некогда было скучать. Но главное — они были под постоянным неусыпным надзором, так как в группах «хозяев» были и сотрудники соответствующих органов.
Открытие фестиваля проходило на стадионе в Лужниках. Автобусов не хватало, делегатов доставляли на грузовиках, в кузовах которых установили наскоро сколоченные скамейки. С грузовиками вышла смешная история. На тот момент все грузовики в СССР являлись мобилизационным резервом и окрашивались в зелёный армейский защитный цвет. Такая окраска была утверждена директивой Генштаба.
Организаторы фестиваля понимали, что для праздника такая окраска не слишком подходит, и предложили раскрасить машины в более весёлые тона. Обратились с предложением к начальнику Генштаба маршалу Соколовскому.
Маршал проявил понимание, совершенно не возражал, но задал резонный вопрос: а кто и за чей счёт будет перекрашивать грузовики после фестиваля обратно в зелёный цвет? На этот вопрос «фестивальщики» дать внятного ответа не смогли, а без этого маршал своего согласия не давал.
Шелепин и Семичастный обратились к Хрущёву — другой управы на военных в стране на тот момент не было. Никита Сергеевич решил вопрос сразу и навсегда — цвета грузовиков с 1957 года более не диктовались мобилизационным предписанием. Благодаря этому решению и появились ЗИЛы и ГАЗы с голубыми кабинами и белой мордой, КРАЗы с оранжевыми и песочно-жёлтыми кабинами и прочее цветовое разнообразие. Хотя и оливково-зелёных грузовиков тоже хватало.
Для проезда колонны грузовиков с делегатами выбрали и перекрыли самые широкие улицы. Поставили вдоль тротуаров заранее заготовленные ограждения, расцветив их разноцветными лентами и воздушными шариками. Грузовики ехали по живому коридору из приветствующих их москвичей, но от машин до зрителей были интервалы в несколько метров — достаточно, чтобы не задерживать колонну.